Донской временник Донской временник Донской временник
ДОНСКОЙ ВРЕМЕННИК (альманах)
 
АРХИВ КРАЕВЕДА
 
ПАМЯТНЫЕ ДАТЫ
 

 
Волошинова Л. Ф. Братское кладбище Ростова-на-Дону // Донской временник / Дон. гос. публ. б-ка. Ростов-на-Дону, 2019. Вып. 28-й. URL: http://www.donvrem.dspl.ru/Files/article/m16/5/art.aspx?art_id=1741

ДОНСКОЙ ВРЕМЕННИК. Вып. 28-й

Памятники Дона

Л. Ф. ВОЛОШИНОВА

БРАТСКОЕ КЛАДБИЩЕ РОСТОВА-НА-ДОНУ

Оно – одно из старейших в Ростове; другие городские кладбища ХVIII и ХIХ веков не сохранились. Интерес ростовчан к этому историческому некрополю с годами не утрачивается: ведь в городе трудно найти семью, которая, хотя бы во втором поколении не хранила память о могилах родственников на Братском кладбище.

Кладбище расположено вдоль одной из главных городских магистралей – проспекта Нагибина рядом с площадью Гагарина среди городской застройки 1950–1970-х годов. С юга оно ограничено территорией стадиона «Динамо» и комбината похоронных услуг, с севера – улицей Нансена, с востока – Ахтарским переулком, с запада – вышеназванным проспектом.

В годы Великой Отечественной город пережил две немецкие оккупации, подвергался многочисленным бомбардировкам. Погибло много военнослужащих и мирных жителей, поэтому в сознании горожан господствует мнение, что захоронения на кладбище относятся к середине ХХ века.

Однако это не так.

Первое упоминания о кладбище исследователи начала ХХ века (М. Б. Краснянский и А. Т. Парецкий) встречали в журналах Ростовской-на-Дону городской думы, о чём сообщали: «В 1892 г. в Ростове появилась холера. Страшная гостья косила каждый день по несколько сот человеческих жизней. Так совершенно неожиданно выросло на выгонной земле Ростова, за чертою городского поселения, огромное холерное кладбище; впоследствии оно было переименовано в Братское» [1].

На плане Ростова 1898 года оно обозначается контуром без подписи, только на плане 1902 года мы видим название «Братское кладбище» [2]. Рядом с ним к востоку размещались небольшое военное кладбище и магометанское. Тогда это была далёкая городская окраина, выгонная земля – участки кирпичных заводов, огороды, сенники.

В 1910 году в журнале городской Думы записано:  «… в удовлетворении ходатайства причта и старосты Александро-Невской церкви г. Ростова-на-Дону отвести на городском Братском кладбище для постройки церкви купцами Ф. Р. Герасимовым, Д. М. Меснянкиным, Г. А. Демьяненко и Н. Г. Кукановым на их собственные средства потребное количество земли 20 х 10 = 200 кв. саж. Согласно скопировки, составленной 12 мая с. г. помощником городского землемера Кондрацким» [3]. Строительство Вознесенского храма было завершено в 1913 году.

К западу от церкви ныне расположена небольшая кирпичная часовня (завершение её разобрано), которая, судя по стилистическим особенностям, может быть отнесена к периоду строительства самой церкви.

Кроме этих двух культовых сооружений вскоре возвели ещё одно строение, о чём также упомянуто в журналах Думы: «Торговый Дом “Г. Т. Герасимов с С-ми” в г. Ростове-на-Дону, выстроив и оборудовав на территории городского Братского кладбища города Ростова-на-Дону кирпичное двухэтажное здание, на свои средства передал таковое в собственность города с тем условием, чтобы верхний этаж был предназначен в постоянное безвозмездное пользование причту церкви при Братском кладбище, а нижний этаж для начального городского училища, которое с разрешения г. инспектора народных училищ и открыто в текущем 1914–1915 учебном году» [4, с. 1242]. Училище вскоре получило название «Лермонтовское», а в середине 1920-х годов здесь разместился детский дом № 5 [5].

После возведения церкви, часовни и училища проложенные между ними дорожки дополнили уже намеченную геометрическую сетку кварталов.

В конце 1914 года городская дума приняла решение «прирезать к существующему Братскому кладбищу часть свободной земли с северной стороны площадью во всю ширину кладбища около 170 пог. саж. и с восточной и западной сторон всё пространство до линии Юго-Восточных железных дорог около 160 пог. саж. или сколько окажется в натуре; затем из этой части отвести один центральный квартал площадью 40 х 40 =1600 квадр. саж. в углу северо-восточной части специально для погребения умерших воинских чинов, прибывающих с театра войны; последнее место огородить особою решеткою, рисунок который поручить составить городскому техническому надзору; о постановке какого либо памятника в виде часовень, крестов и проч., в ознаменование памяти жертв настоящей великой войны вопрос обсудить особо…» [4, с. 1510].

Расширение территории кладбища мы наглядно видим, сравнивая планы Ростова 1913 и 1920 годов, где к нему от городских кварталов ведёт дорога в створе Малого проспекта [ныне проспект А. П. Чехова. – Л. В.] [6, л. 4].

В этих границах некрополь сохранялся до 1938 года, когда при составлении нового городского плана часть южной территории была отведена под сооружение стадиона «Динамо» [6, л. 1].  В послевоенные годы эту территорию несколько увеличили за счёт нескольких спортсооружений и спортплощадок, а также строений Комбината специализированных коммунальных услуг. В этих границах кладбище находится до настоящего времени.

Распоряжением горисполкома от 17 августа 1966 года (№ 592) [7] и его же Решением от 17 мая 1968 года (№ 323) [6, л. 1] были запрещены захоронения на Братском и Пролетарском кладбищах Ростова-на-Дону. Предполагалось, что через двадцать лет Братское кладбище будет снесено и его территория отдана под городскую застройку. Но этого не произошло. В конце 1980-х годов Ростов активно стал развиваться в северном направлении.

14 ноября 1990 года исполком Кировского района Ростова принял решение (№ 2709) об инвентаризации памятников, братских могил и мемориальных досок. В 1997 году постановлением мэра Ростова было разрешено проводить подзахоронения на Братском кладбище к могилам близких родственников [8].

Так определился особый статус кладбища, расположенного среди городской застройки середины ХХ века.

Обследование исторического некрополя выполнялось автором статьи с 2016 по 2019 год и выявило многочисленные захоронения деятелей науки и культуры, участников русско-японской, Первой мировой и Гражданской войн, участников финской войны, братские могилы защитников и освободителей Ростова времени Великой Отечественной, одиночные могилы военачальников и военнослужащих, инженеров, священников и других исторических личностей.

В силу объективных причин часть могил и надмогильных памятников не сохранились в полном объёме или были утрачены. Но, безусловно, надписи на уцелевших памятниках, надгробиях, могильных плитах – ценная историческая информация, зачастую отсутствующая в других источниках.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

План Братского кладбища. Чертёж автора

Могилы и памятники, которые будут далее упомянуты, нанесены на современную схему кладбища с нынешней нумераций кварталов.

Список захоронений по кварталам с краткими описаниями не может быть приведён здесь из-за его большого объёма.

Оценивая общий массив и временной диапазон выявленных захоронений исторических личностей и братских могил, отмечу, что ко времени основания кладбища относится лишь один уцелевший памятник в квартале № 6. Это небольшая каменная стела с надписью:

Здесь покоится прахъ раба Божьего Александра Вдовиченко.

+ 25 декабря 1893 года на 17 г. отъ роду.

(Этот знак приводился  на памятниках до 1917 года, означает дату кончины. – Л. В.).

Стела установлена на позднем низком бетонном фигурном цоколе.

Более многочисленна группа сохранившихся памятников начала ХХ века. Ниже они перечислены по кварталам (далее – «кв.»).

Памятники в виде: ступенчатого постамента с современным навершием Л. Я. Де-Камилли, умершего в 1909 году (кв. 4); в виде часовни – В. А. Волкова, скончавшегося в 1914 году (кв. 2а), декоративного престола с раскрытым евангелием Марии Киркиновой, скончавшейся в 1914 году (кв. 7), и рабы божией Марии Востриковой, скончавшейся 1915 году (кв. 14.). К ним же можно отнести литой чугунный надмогильный памятник в виде портика на постаменте Петра Фёдоровича Познакова, умершего в 1920 году (кв. 13 у главной аллеи).

Мы ничего не можем сказать об именах в мемориальных надписях, но памятники, на которых они сохраняются, обозначают исторические кварталы и статус погребённых.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Памятник на могиле А. В. Волкова, скончавшегося в 1914 г.

Одиночных и братских могил, а также надмогильных монументов времени Первой мировой и Гражданской войн к настоящему времени не выявлено, хотя упоминания о них часто встречаются на страницах ростовских газет 1915–1919 годов. Отведённую им территорию, согласно выше названного постановления городской думы 1914 года, ныне занимают могилы 1950–1960-х годов. Исключение – обелиск из полированного тёмного гранита на кубовидном постаменте, установленный на ступенчатом подиуме в квартале 21-а (у аллеи между кв. 21-а и кв. 22). Обелиск перенесён сюда к братской могиле 1943 года из центра города. На гранях постамента выбиты тексты времени Гражданской войны:

«Вечная память и вечная слава бесстрашным и мужественным сынам трудового народа павшим в боях за Советскую власть;

Здесь покоятся тела красноармейцев павших геройской смертью 21 апреля 1918 года при обороне Ростова-на-Дону от белогвардейских банд и германских интервентов».

Интересно, также упоминание в газете «Приазовский край» о памятнике «Доблестным германским солдатам, погибшим при защите Ростова», который на митинге, проходившем на Братском кладбище 18 ноября 1918 года, передавался германским командованием представителям Всевеликого Войска Донского и Ростовского градоначальства перед уходом германских частей из города [9]. Других сведений об этом памятнике найти не удалось.

Для последующих лет cоветской власти характерно сохранение традиционных типов надгробных монументов с новыми символикой и характером мемориальных надписей, часто своим оформлением или текстом напоминающем о профессии, звании или должности, общественном статусе похороненного. Первым в этом ряду следует назвать памятник в виде дерева с обрубленными ветвями и рельефным якорем в основании, с надписью: «Нацаренус Александр Петрович. Ум. 1921.» (кв.5).

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Памятник на могиле служащих госмельницы № 1. 1930 г.

В соседних кварталах можно видеть надгробия военачальникам – участникам Гражданской войны. Среди них наиболее значительны высокие обелиски на постаментах – на могилах А. Л. Борчанинова, большевика-подпольщика, бывшего военкома 29 и 30-й стрелковых дивизий, орденоносца; Г. А. Кочергина, командира 1-го кавалерийского корпуса революционных войск; Д. К. Бондаренко, батарейного командира конной армии РККА (все три расположены в кв. 2); памятники: на могиле Д. Б. Броневского, дивизионного инженера, майора 9-й стрелковой ордена Ленина дивизии (кв. 5); на могиле А. Д. Соболева, чекиста, орденоносца (кв. 18). В формах конструктивизма в виде ассиметричной стелы, увенчанной шаром, выполнен памятник на могиле С. С. Вострецова, командира 9-го стрелкового корпуса Северо-Кавказского военного округа (кв. 2).

Обелиски в эти годы устанавливаются и на могилах «бойцов трудового фронта». Среди них: шахтёру Донбасса Я. Т. Морозову (кв. 3), сотруднику Азово-Черноморского крайкома А. И. Ударову (кв. 5). Скромным бетонным надгробием с небольшой мраморной плитой отмечена могила старого большевика, политкаторжанина И. Г. Жукова (кв. 5).

Единственной братской могилой мирного времени стало погребение служащих госмельницы № 1, погибших при пожаре 1930 года (кв. 13). Над ней установлен обелиск на постаменте, на грани которого начертано 28 фамилий.

Заслуживает особого внимания многочисленная группа  захоронений  деятелей культуры и науки. Наиболее раннее из ныне известных расположено в квартале 6 у аллеи и оформлено бетонным надгробием с рельефной надписью на беломраморной доске: Гражданский инженер Василий Васильевич Попов. +27 марта 1930 г.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Памятник на могиле Г. Ф. Демюра и В. А. Загорской. 1939 г., 1945 г.

К северу от церкви, в квартале 8, в 1939 году похоронили старейшего актёра ростовской сцены, первого руководителя Ростовского отделения  Российского театрального общества Григория Францевича Демюра. Ныне сохраняется надмогильный памятник, где в мемориальной надписи он скромно назван «артист». Ниже размещена более поздняя надпись, которая сообщает, что здесь же в 1945 году похоронена его жена артистка В. А. Загорская.

По сравнению с этими памятниками аскетичной современной плитой отмечена в квартале 7 могила артиста цирка Ф. Т. Морозова (1900–1936).

Разнообразными по формам надгробиями и архитектурными формами отмечены могилы известных в России учёных-медиков, профессоров Ростовского медицинского института, скончавшихся в 1930 –е годы: С. М. Максимовича, Ф. А. Соловьёва, Б. Н. Страдомского, А. А. Колосова, Н. И. Напалкова, П. В. Никольского. Большинство из них расположены в кварталах, окружающих церковь.

Встречаются в эти годы и памятники врачам, не отмеченным званиями. Среди них надмогильный памятник доктору С. В. Сержпинскому интересен ещё и тем, что на его гранитном постаменте сохранилось клеймо дореволюционной фирмы работавшей в городе «К. Катто. Ростовъ н/Д.». Это свидетельствует о том, что бывали случаи, когда дореволюционные заготовки надгробных монументов использовались в более позднее время.

Захоронениями медиков исторический некрополь пополнился в послевоенные годы. Отмечены памятниками и надгробиями могилы докторов Л. С. Аствацатурова (умер в 1950 г.; кв. 8) и Н. Д. Архангелького (умер в 1961 г.; кв. 4-а).

Отдельно следует сказать о расположенном у церкви семейном захоронении врачей Орловых, окружённом невысокой решетчатой оградой. Здесь выделяется памятник в виде вертикальной плиты и надгробие тёмного лабрадорита с надписью: «Засл. деятель науки, профессор Константин Христафорович Орлов. 1875–1952».

В соседних кварталах с храмом расположен некрополь деятелей искусств.

В послевоенные годы здесь появились могилы с разнообразными надгробиями и памятниками: известного в городе архитектора Л. Ф. Эберга, а также его коллег, много трудившихся в послевоенном Ростове – М. Н. Ишунина, А. Г. Арцатбаняна. Все три захоронения расположены в квартале 4. К северу от церкви в квартале 7 вертикальной плитой оформлено захоронение архитектора и скульптора В. В. Баринова.

Интересен выполненный в те же годы памятник на могиле юного скрипача Сталика Милёхина, расположенный недалеко от входа на кладбище с проспекта (кв. 3). Вертикальную стелу над его могилой венчает изображение лиры, могильную плиту и стелу объединяет изображение скрипки.

В разных кварталах к западу от храма в послевоенные годы были похоронены учёные Ростовского университета: археолог, декан исторического факультета, Герой Советского Союза Г. А. Иноземцев (кв. 14), профессор физики И. А. Соколов (кв. 13), профессор, историк А. П. Пронштейн (кв. 4).

Вдоль главной аллеи, пересекающей кладбище с юга на север, расположены захоронения деятелей искусств того же периода: народного артиста РСФСР Г. Е. Леондора (кв. 5); заслуженного артиста РСФСР Б. Г. Бенского и артистки Д. И. Черновской, заслуженной артистки Азербайджанской ССР Е. П. Горбачёвой. Рядом расположены могила писателя А. Г. Гончарова (все четыре – в кв. 14). Далее по главной аллее захоронение старейшей актрисы ростовской сцены В. И. Шурховецкой, скончавшейся в 2017 году (кв. 13).

Могилы деятелей изобразительного искусства 1950–1960-х годов так же расположены в разных кварталах.

Памятники художникам: Т. П. Семёнову – в виде его поясного изображения на кубовидном пьедестале (кв. 15); В. Г. Кулишу – бюст на узком и высоком постаменте (кв. 8); скульптору А. Л. Филь – вертикальная плита (кв. 6.). К этой же группе можно отнести надгробный памятник в виде усеченной колонны на могиле инженера-строителя И. Д. Скловского (кв. 11-а).

В 1963 году в северной части кладбища похоронили писателя и переводчика А. П. Оленич-Гнененко, в конце 1930-х годов возглавлявшего ростовскую писательскую организацию (кв. 21-а).  Из недавних памятников поэтам и переводчикам выделяются памятники Д. М. Долинскому (кв. 3) и Л. Г. Григорьяну (кв. 4).

Исторический некрополь времени Второй мировой войны представлен братскими могилами, расположенными в северной части кладбища. По сути, он накрыл территорию воинских захоронений  периода Первой мировой войны.

А начало ему положила группа индивидуальных могил воинов Советской армии умерших от ран, полученных в боях с белофиннами в 1939–1940 годах. Ныне это комплекс, оборудованный единой площадкой с тринадцатью надгробиями, на которых начертаны фамилии погибших (кв. 20-а). У восточной стороны площадки, ограждённой декоративными цепями на стойках – обелиск на подиуме.

В конце ноября – начале декабря 1941 года производились захоронения бойцов и офицеров полка Народного ополчения и бойцов 230 полка НКВД, погибших при обороне и взятии Ростова (кв. 21-а, в центре). Слева от входа на площадку на бетонной стеле начертаны около 50 фамилий погибших – лишь часть из тысяч погибших, похороненных в этих могилах.

В 1952 году сформировали мемориальные газоны, площадку обнесли решётчатой оградой. Позднее здесь установили невысокий гранитный обелиск на постаменте, мемориальную стенку с надписью, скульптурный тиражный памятник «Клятва товарищей». Между газонами оформили символическое захоронение в виде грубого камня с надписью: «Саша Чебанов, 1926–1942, герой пионер».

Рядом расположена большая братская могила воинов Советской армии, погибших в разных районах города и его окрестностях в 1941–1943 годы. Её обширная квадратная площадка оборудована в 1949 году. В центре на массивном пирамидальном постаменте высится 10-метровый гранитный обелиск. У его основания – мемориальная доска. Ныне площадка замощена бетонной плиткой. Вдоль северной и южной её сторон на тумбах установлены плиты серого мрамора с именами погибших (более 720 фамилий).

В южной части того же квартала  – братская могила пяти воинам-чекистам, погибшим при защите Ростова 20 ноября 1941 года. Могила перенесена на Братское кладбище из Кировского сквера в июне 1949-го. Территория комплекса оформлена вымощенной площадкой; могила выделена мемориальным газоном. Здесь же установлен кубовидный бетонный объём с посвятительным горельефом

Ещё одна братская могила в этом квартале (21-а) воинов Советской армии, погибших в 1943 году, была перенесена сюда с привокзальной площади станции «Ростов-Главный». Могила обрамлена бетонным бордюром и оформлена вертикальными плитами с посвятительными надписями без фамилий.

Одна из братских могил находится у западной стороны кладбища в стороне от перечисленной общей группы (кв. 16). В ней погребены защитники Ростова 1941–1943 годов и пятеро пионеров школы № 35, расстрелянные немецкими захватчиками 24 июля 1942 года. Территория могилы обрамлена бетонным бордюром. У восточной его стороны на постаменте установлены скульптуры воина и матери с венком.

Вдоль главной аллеи кладбища – ряд надгробных памятников советским офицерам, воевавшим в годы Великой Отечественной. В северной части кладбища расположены могилы военнослужащих. Среди них выделяются надгробия с бюстами Героя Советского Союза генерал-лейтенанта А. П. Дмитриева (скончался в 1969 году) и генерал-полковника А. Г. Батюни (в 1976-м).

В квартале 21 рядом с братскими могилами Великой Отечественной войны – могила лётчика Б. В. Капустина, погибшего во время испытательного полёта над Берлином в 1966 году.

В том же году в квартале братских могил 21-а оказались два перемещённых памятника с бывшего Всехсвятского кладбища: надмогильный учёного-вирусолога Д. И. Ивановского (скончался в 1920 году, памятник установили в 1950 г.) и памятник над склепом семьи Мордовцевых (сооружён в конце ХIХ в., последнее захоронение в склепе  – 1913 году).

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Памятник семьи Мордовцевых. Начало ХХ века.

Кладбище, где эти памятники были изначально установлены, уже не существовало, церковь взорвана, на их месте формировалась стройплощадка для будущего Дворца спорта. В распоряжении ростовского горисполкома (№ 175 от 31 марта 1966 г.) говорится о перезахоронении останков, расположенных на стройплощадке Дворца спорта [10]. При этом называются фамилии только Мордовцевых. Но старожилы  Нового поселения, свидетели начала строительства, утверждают, что памятник Д. И. Ивановскому уже был перемещён с изначального места над могилой, а склеп семьи Мордовцевых окончательно утратил все останки, ещё в послевоенные годы.

Памятник семьи Мордовцевых выполнен из чёрного полированного гранита и представляет собой многоступенчатый подиум, на котором размещён постамент в виде декоративной часовни, завершённой с четырёх сторон двухскатным фронтоном. На южной грани декоративной часовни в полуциркульной нише – надпись: «+ Дейст. Стат. Советник Даниил Лукич Мордовцев 10 июля 1905 г.». Вставить фото: 5-е коршик.6. Волошинова_ 6.5 Подпись:

В других нишах на постаменте и гранях часовни надписи, посвящённые другим членам семьи Мордовцевых. Этот архитектурный монумент является одним из старейших на Братском кладбище. На грани его нижнего яруса сохранилось клеймо мастерской изготовителя: «А. С. Тонитто. Ростовъ н/Д.».

Памятник Д. И. Ивановскому выполнен из чёрного гранита и представляет собой ступенчатый подиум, на котором размещён кубовидный постамент с обелиском. На грани постамента высечена надпись: «Здесь похоронен выдающийся русский учёный, основоположник науки о вирусах, профессор ростовского университета Дмитрий Иосифович Ивановский. Род. 1854 г. – умер 1920 г.»

Интересно в начале 2000-х годов оформлены захоронения моряков и кавалеров Георгиевских крестов.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Памятник на могиле И. Капленкова. Установлен в 2005 г.

В 100-ю годовщину русско-японской войны на средства попечительского совета по сохранению достопримечательных мест г. Ростова-на-Дону в квартале № 3 установлен памятник на могиле Ивана Капленкова в виде плит из тёмного гранита и природного камня со скошенной вертикальной стороной. На лицевой грани плиты фотопортрет; внизу мемориальная доска с текстом: «Памяти последнего моряка крейсера «Варяг» Ивана Капленкова. 1880–1954 гг.»

Могила П. Е. Тендетникова (кв. 26)представляет бетонное надгробие, покрытое каменными плитами неправильной конфигурации. В изголовье на каменном цоколе глыба скальной фактуры с якорем. На плите из чёрного гранита портрет и надпись: «Тендетников Порфирий Емельянович 16.02.1889–30.09.1961. Военный моряк Российского императорского флота, участник 1-й Мировой войны, матрос команды крейсера «Память Меркурия», водолаз канонерской лодки «Кубанец» (Черноморский флот). Георгиевский кавалер IV-й степени, водолаз ЭПРОНА Каспийской военной флотилии (г. Баку)».

Могила участника Гражданской войны С. Г. Безматьева оформлена невысоким бетонным подиумом с надгробием, обрамленным гранитным бордюром. Памятник в виде вертикальной плиты чёрного полированного гранита. На лицевой грани большой портрет Безматьева и текст: «Безматьев Сергей Григорьевич 1890–1963 (12/01). Командиру красного эскадрона конников Б. М. Думенко, командиру красного бронепоезда (р-н Царицына, 1918), кавалеру солдатских Георгиевских крестов от благодарных потомков».

В разных кварталах кладбища находятся захоронения священников. Среди них могила монаха Митрофания, оформленная светлым мраморным надгробием с газоном и беломраморным восьмиконечным крестом (кв. 6). Его духовные чада утверждают, что он был не монахом, а «старцем в миру» при Вознесенской церкви.

Могилы архимандрита Мисаила (кв 8) и протоиерея Иоанна Космодамианского (кв. 4-а) обрамлены металлическими листами, устроены газоны.

Особо следует отметить символический памятник настоятелю ростовской Покровской церкви Лазарю Крещановскому, расположенный возле Вознесенской церкви, который представляет собой  вертикальную плиту из чёрного полированного гранита на невысоком цоколе, увенчанную крестом. На лицевой грани плиты надпись: «Установлен сей знак к 100-летию смерти протоиерея Лазаря Крещановского (1848–1914), который 34 года был настоятелем Покровского храма Ростова-на-Дону и захоронен на Братском кладбище [11].

К типу символических захоронений относится  мемориал венгерским военнопленным в северном углу квартала 16, сооружённый в 2018 году. Он представляет собой четыре объёма, выполненных их серого гранита. Главный – в северо-западном углу представляет собой ступенчатый подиум, на котором вертикально установлена квадратная плита со срезанным углом. На её лицевой грани выполнена надпись на венгерском и русском языках: «Здесь покоятся венгерские военнопленные жертвы второй мировой войны».

Три меньших объёма представляют собой наклонно установленные плиты, на верхних гранях которых на венгерском языке начертано более ста фамилий.

В итоге краткого обзора следует сказать о проблемах изучения исторического некрополя Братского кладбища, которое ныне является инициативой  частных лиц.

Не существует официального списка похороненных деятелей науки, искусства и архитектуры, выдающихся военачальников, участников Гражданской, Великой Отечественной войн и других военных конфликтов ХХ века.

Могилы священников, связанные с духовной жизнью Вознесенского храма и города, известны лишь малому кругу лиц.

Хочется, чтобы инициативу изучения исторического некрополя подхватили Ростовское региональное отделение всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, советы ветеранов разных объединений города, поисковые отряды, творческие союзы, национальные общины Ростова.

А добрые примеры уже есть. Памятник на могиле архитектора Л. Ф. Эберга установлен на средства членов Сообщества почитателей творчества архитекторов Эбергов, памятник последнему моряку с крейсера «Варяг» – попечительским советом по сохранению достопримечательных мест города Ростова, памятный знак Лазарю Крещановскому – стараниями православной общественности Старо-Покровского храма.

Исследование памятников Братского кладбища свидетельствует об их неудовлетворительном техническом состоянии и необходимости решать вопрос об их реставрации и консервации. Но эта проблема, требует отдельного осмысления.

Одно очевидно: без широкого участия общественных организаций и доброй воли администрации Ростова-на-Дону, попечителей и благотворителей эту проблему не решить.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. ГАРО. Ф. Р-2577. Оп. 2.Д .6. Л. 20.

2. Там же. Ф. Р-2613. Оп. 1. Д. 136. Л.1,3.

3. Журналы Ростовской-на-Дону городской думы за 1910 год. 1 полугодие. Ростов н/Д., 1911. С. 680.

4. Журналы Ростовской-на-Дону городской думы за 1914 год. 2 полугодие. Ростов н/Д. 1916.

5. 1925 год. Весь Ростов-на-Дону. Издание секретариата Донисполкома. 1925. С. 47.

6. ГАРО. Ф. Р-2613. Оп. 1. Д. 173.

7. Там же. Ф. Р-1817. Оп.4. Д. 1151. Л. 95.

8. Открыты старые кладбища // АиФ на Дону. 1997.  № 42.(октябрь). С. 2.

9. Передача памятника //Приаз. край. 1918. 20 нояб. С. 2.

10. ГАРО. Р-1817, Оп.4. Д.1146. Л. 200.

11. В последней строке надписи место погребения указано ошибочно. Лазарь Крещановский был похоронен на Покровском кладбище, ныне не сохранившемся..

Источник: Волошинова Л. Ф. Братское кладбище Ростова-на-Дону // Донской временник / Дон. гос. публ. б-ка. Ростов-на-Дону, 2019. Вып. 28-й. С. 134–141.




 
ВК
 
Facebook
 
 
Донской краевед
© 2010 - 2020 ГБУК РО "Донская государственная публичная библиотека"
Все материалы данного сайта являются объектами авторского права (в том числе дизайн).
Запрещается копирование, распространение (в том числе путём копирования на другие
сайты и ресурсы в Интернете) или любое иное использование информации и объектов
без предварительного согласия правообладателя.
Тел.: (863) 264-93-69 Email: dspl-online@dspl.ru

Сайт создан при финансовой поддержке Фонда имени Д. С. Лихачёва www.lfond.spb.ru Создание сайта: Линукс-центр "Прометей"