ДОНСКОЙ ВРЕМЕННИК. Год 2026-й

Дон в Великой Отечественной войне

Опубликовано впервые в электронной версии "Донского временника"

А. В. ВИНОКУРОВА (ШИРИКОВА)

Рассказ о давней войне

Я жалею о том, что, когда отец начинал свой очередной рассказ о войне, я часто отмахивалась и говорила: «Папа, некогда, потом». Поэтому расскажу то немногое, что знаю.
Мой отец, Винокуров Виталий Григорьевич, родился в уральском селе Чернушка. Когда ему было 12 лет, за селом приземлился на вынужденную посадку один из самолетов экспедиции Леваневского, осуществлявшей беспосадочный перелет в Америку. 
Лётчик, ремонтировавший самолёт, обратился к собравшимся вокруг ребятам: «Кто хочет подняться в самолёт?» Никто не двинулся с места, и только мой отец вышел вперёд: «Я хочу!» 
Летчик показал ему приборы, дал примерить шлемофон. 
«Ну, кем теперь хочешь стать?» 
«Летчиком!» 
«Езжай в Батайское лётное училище, я его закончил, классных летчиков там готовят». 
Так отец, по его словам, «заболел небом». Окончив школу, на крыше товарного вагона приехал в Батайск. Но в училище его не взяли, не сдал физподготовку — был очень слаб (на Урале в то время был голод). Поступил в Ростовский физкультурный техникум, закончил его и осуществил свою мечту — был принят в Батайское лётное училище. 
Офицер особого отдела, глядя на него подозрительно, спросил: «А родители твои кто? Я сам с Урала, так у нас там по Волге и Каме пароходы ходили «Винокуров и компания». Не твоя ли родня?» 
«Что вы, мой папа — сельский почтальон». 
Папин отец действительно был сельским почтальоном, а вот дед — владельцем того самого пароходства, одного из крупнейших в России. Сразу после революции он отправил младшего сына в деревню, чем и спас ему жизнь.
 «Я запрос отправил о твоей родне. Если окажется, что они — враги народа, мы тебя тоже к стенке поставим» — засмеялся особист. Три месяца не было ответа на запрос. Отец за это время на нервной почве так похудел, что его никто не узнавал. 
По прошествии 3 месяцев его вызвали в особый отдел: «Ну, не пришёл ответ, видно, где-то затерялся. Учись, пацан».
Отец окончил училище с лучшими показателями, и его отправили в Одессу в качестве инструктора учить других молодых ребят.
Ещё будучи курсантом, он познакомился в Ростове с белокурой студенткой Анечкой. Это была моя мама. Они с отцом были красивой парой. 
Мама окончила школу в г. Краснодоне. Ту самую школу № 1, в которой учились почти все члены знаменитой подпольной организации «Молодая гвардия». Мама знала их и со многими дружила. Мечтала поступить в институт, но в университете в Воронеже уже учился её старший брат Николай, и родители уговаривали её подождать немного — было тяжело помогать сразу двум студентам. 
Но мама все-таки уехала учиться в Ростов. Если бы она осталась в Краснодоне, то, будучи девицей бойкой и волевой, стала бы, конечно, одной из них — молодогвардейцев, которые были схвачены гестапо и сброшены ещё живыми в шурф шахты. 
Пожениться перед войной родители не успели. Маму, студентку, отправили в Сибирь, она стала работать учительницей в таёжной школе. Днем учила, а ночами вместе с учениками грузила вагоны с лесом для фронта. За трудовые достижения была награждена медалью. 
Папа встретил войну в Одессе. Под утро 22 июня на его аэродром начали падать немецкие бомбы. «В самолёты!», крикнул отец. Добежать, сесть в самолёты и улететь сумели только 5 человек из полка. Аэродром с самолётами и казармы с курсантами просто сравняли с землей. 
Отец с горечью вспоминал, что до войны он учил немецких летчиков, дружил с ними. Возможно, кто-то из них был в ту ночь среди тех, кто «утюжил» аэродром, уж очень грамотно они это делали. 
Отец, воевавший в гвардейском полку истребительной авиации, летал за линию фронта, в том числе ночью, имел орден Красной звезды и Отечественной войны, медали «За оборону Сталинграда», «За оборону Одессы», «За Победу над Германией», «За отвагу». Из наградного листа: «Общий налёт в военное время — 1190 часов, обучил и выпустил 11 летчиков-истребителей, провёл 17 успешных штурмов наземных войск противника, при встрече с неприятелем смело вступает в бой, при этом ведомая им эскадрилья в бою всегда одерживает победу». 
По рассказам друзей отца, будучи одним из лучших летчиков дивизии, он был самоуверен и часто спорил с командиром. Так, он отказывался брать с собой на трудные задания «зелёных» летчиков — мальчишек, т.к. с таких заданий часто возвращался один. После одного из таких отказов к нему ночью пришёл командир полка и предупредил, что за неподчинение приказу утром его отдадут под трибунал, а по закону военного времени… 
В то время шла Сталинградская битва. Отец сел в свой самолёт и полетел туда. Командир дивизии генерал Пунтус сказал, что почти вся дивизия погибла и он рад любому пополнению. 
Оба они сражались в Сталинградской битве, выжили и дружили всю войну, но в конце войны потеряли друг друга. 
Кстати, когда я училась в институте, у меня была подруга, студентка Люда. Однажды она сказала, что выходит замуж за парня из Краснодара, и фамилия её будет Пунтус. «А отец у него не лётчик?» — «Нет, лётчик его дядя». 
Так отец нашёл своего боевого друга. 
После войны отец служил на советской военной базе в Румынии, потом на Севере. Уйдя в отставку, работал в гражданской авиации. Говорят, что в Музее Славы Ростовского аэропорта висит его портрет. 
Будучи на стажировке в США, я подошла однажды в г. Милуоки к пожилому мужчине спросить дорогу. Его акцент показался мне не очень английским. Оказалось, что он из Румынии, г. Плоешти и когда-то работал техником на том же аэродроме, где в то же самое время служил отец. Он помнил его. 
Как много удивительных совпадений в нашей жизни! Что было бы, если бы отец не улетел в Сталинградскую битву? Если бы запрос особиста о его родне не затерялся на почте, если бы мама осталась в Краснодоне, и в деревне Чернушка не сел на вынужденную посадку самолёт экспедиции Леваневского. Я думаю, что реальная жизнь намного интереснее любого фильма или книги.