Донской временник Донской временник Донской временник
ДОНСКОЙ ВРЕМЕННИК (альманах)
 
АРХИВ КРАЕВЕДА
 
ПАМЯТНЫЕ ДАТЫ
 

 

Донское казачество / История Войска Донского

РЕСКРИПТЫ И УКАЗЫ ИМПЕРАТРИЦЫ ЕКАТЕРИНЫ II К А. Н. СЕНЯВИНУ

В 1770 году адмирал Алексей Наумович Сенявин был назначен начальником экспедиции по строительству баз для Азовской флотилии. Работы по благоустройству Таганрогской гавани велись до поздней ночи. И скоро Азовская флотилия вышла на рейд. А в мае 1871 года корабль «Хотин» с адмиралом на борту взял курс к берегам Крыма, где и обратил в бегство турецкую эскадру. За первую победу «на водах Азовских» Екатерина II пожаловала Сенявину одну из высших в Российской империи наград  орден святого Александра Невского.

К 245-летию восшествия на российский престол императрицы Екатерины II и к 210-летию со дня смерти адмирала А. Н. Сенявина публикуем редкие документы, имеющие отношение к истории Азовской флотилии

Русский архив. 1871. № 9. Стб. 1351-1408.

1

Алексей Наумович.

Я приказала из Кабинета отослать к вам десять тысяч рублей на ваше собственное употребление.

Из Петергофа, в 7 день июля 1768 года.

2

Указ нашему контр-адмиралу Сенявину.

Как уже мы предприняли будущею весною занять Азов, и к тому все сухопутные распоряжения нами учинены и поручены под ведение нашему генералу графу Румянцову, то и по морской порученной уже от нас вам экспедиции повелеваем вам действовать по его же графа Румянцова требованию или кто от него главным над всею сею экспедициею определён будет. Вам же поручаем в команду и генерала кригс-комиссара Селиванова с его комиссиею. Чего ради имеете вы сию морскую экспедицию так распорядить, чтобы к будущей весне всё к предписанному месту притти могло; а чтобы вам ни в чём недостатка и остановки не было, о том мы Адмиралтейской Коллегии предписали.

Дан в С.-Петербурге в 7 день января 1769 года.

3

Указ нашему контр-адмиралу Сенявину.

Рапортом вашим от 24-го прошедшего месяца представляете, что вы казачьи лодки для транспортов из крепости святого Димитрия до Азова и Таганрога находите способными, и для того требовали от коменданта Потапова и Донского атамана Ефремова известия, сколько таковых лодок в тамошних местах сыскать можно. На сие повелеваем вам по получении того известия согласно с вашим представлением те лодки исправлять и принимать в казённое содержание, и потом за исправление и, в случае разбития, за всё судно заплатить хозяевам из казны нашей, но прежде договориться о цене. Сумму ж на сии расходы требовать вам от Воронежского губернатора из наличных в оной губернии статс-конторских доходов.

Дан в С.-Петербурге е 11 день марта 1769 года.

4

Указ нашему контр-адмиралу Сенявину.

Из реляции генерала графа Румянцова усмотрели мы, что генерал-порутчик Вернес в Азове имеет недостаток в лесе; того для повелеваем вам по требованиям помянутого генерал-порутчика чинить вспоможение как в лесе, так и в прочих надобностях, какими вы из вашего места по возможности снабдить можете, и обо всём оном иметь вам между собою сношение.

Дан в С.-Петербурге в 3 день апреля 1769 года.

5

Алексей Наумович.

Я давно уже не получала от вас известия, что у вас по вашей комиссии делается, и хотя Я не сомневаюсь, что она продолжится с успехом, но не знаю, нет ли вам ещё в чём недостатка. Чего ради уведомляйте меня почаще, что у вас происходит, а особливо поскорее отпишите, нет ли вам в чём какого препятствия или остановки; ибо Я желаю, чтоб известное мне ваше к службе усердие ничем остановляемо не было. Впрочем пребываю к вам доброжелательною.

Из С.-Петербурга, в 6 день апреля 1769 года.

6

Господин контр-адмирал Сенявин.

Репорт ваш от 24 апреля Я получила, на которой с тем же курьером к вам резолюция прислана будет. Теперь послала Я лейб-гвардии прапорщика Соймонова к генералу порутчику Вернесу с тем, чтобы он привез ко Мне о Азове и Таганроге обстоятельное сведение; Я приказала ему и к вам заехать, дабы и вы с ним ко Мне отписать могли что за нужно найдёте. Прикажите ему показать ведомства вашего разные строения, чтоб он тем более в состоянии был Мне обо всём подробно пересказать. Я сего желаю для того, дабы узнать, нет ли вам в чём недостатка, и тем лутчее понятие иметь о всех сих мест обстоятельствах, и что на бумаге не всё так подробно описать можно, В прочем остаюсь к вам как и всегда доброжелательною.

Из Царского Села, в 5 день мая 1769.

7

Указ нашему контр-адмиралу Сенявину.

На представление ваше от 24-го апреля о вооружённых лодках, повелеваем вам оныя вместо Черкаска доставить до крепости Святого Димитрия и отдать их под сохранение тамошнего коменданта Потапова. Об употреблении ж оных, и какие на них люди для гребли так и для прочего посажены будут, о том от нас повеления даны будут впредь.

Дан в Царском Селе, в 12 день мая 1769 г.

8

Алексей Наумович.

Посылаю вам гостинца  три чертежа, которые до тамошних мест принадлежат: 1) Разные виды берегов Чёрного моря даже до Царяграда. 2) Азовское море. 3) Корабль, на Воронеже сделанный и на воду там же спущенный. Оные, я думаю, если вы их ещё не имеете, будут вам приятны, а может быть ещё сверх того и полезны.

В конце сего рескрипта собственною Ея Величества рукою приписано:

Пожалуй дайте мне знать, ловко ли по реке Миюсе плавить леса в Троицкое что на Таганроге и ваше о том рассуждение, так же есть ли по Миюсе годные леса к корабельному строению. Я чаще с вами в мыслях, нежели к вам пишу В прочем остаюсь к вам доброжелательна.

Сверх того на боку рескрипта приписано Ея же Величества рукою:

Пожалуй дайте мне знать, как нововыдумленные суда по вашему мнению могут быть на воде, и сколько надобно например время, чтоб на море выходить могли.

Из Ораниенбаума, в 25 день мая 1769 г.

9

Алексей Наумович.

Из письма вашего от 23 мая усмотрела Я, что всё ваше дело идёт, сколько по обстоятельствам можно, поспешно, за что тебе Бог даст здоровья, мне же и то и другое удовольствие принесёт. Здешние известия гласят, что корабль 94-х пушечной спущен на воду и окрещён Святослав; дай Боже вам с ним увидеться в радости. Впрочем, гн. (сие не есть ошибка, указ подписан) вице-адмирал, остаюсь к вам доброжелательна.

Получен в С.-Петербурге, в 4 день июня 1769.

10

Алексей Наумович.

Как по теперешним обстоятельствам и по позднему времени вероятно, что на Азов уже неприятель не осмелится предприятия сделать нынешний год, и дабы на будущий его наипаче отдалить от сего края, нужно и надобно, чтоб вы сюда приехали, дабы с вами положить на мере можно было дальние предприятия вашей экспедиции; и для того, сделав по команде вашей надлежащие распоряжения, а наипаче чтоб ни минуты не остановилось построение судов во время вашей здесь бытности, имеете вы сюда приехать. Впрочем остаюсь как и всегда к вам доброжелательна.

Внизу сего рескрипта приписано:

Между нами сказать, товарищи ваши давно и далеко ускакали, и можно быть, что гг. морские ещё никогда столько не были обеспокоены как нынешний год; теперь до вас дело доходит. Я знаю, что вы оттого не прочь и что вы, так как я, думаете, что бодростию духа всё преодолеть можно.

О вашем приключившемся несчастии кончиною сестры вашей сердечно сожалею.

Турецкой флот, которой был наряжён к вам, пришел в Кафу, где бывшие на нём войска начальника своего и определённого над провиантом убили, и сами неведомо куда разбежались. Таковы-то все Турецкие войска, которые больше себе нежели нам вреда причиняют.

Из Царского Села, в 7 день сентября 1769 г.

11

Указ нашему вице-адмиралу Сенявину.

На две реляции ваши от 30 минувшего октября и третию от 2-го сего месяца, в ответ и в резолюцию предписываем вам нижеследующее.

Первою из оных доносите вы о расположении на сию зиму вверенной вам флотилии, которое Мы Всемилостивейше апробуем; на последние же две, касающиеся до вверенной вам от Нас экспедиции и до нужных приуготовлений, к произведению в действо Нашего вам на будущее лето объявленного намерения, объясним Мы вам здесь на каждый пункт особо Наше соизволение.

1) Будучи довольны усердием Воронежского губернатора Маслова, в прилагаемых им стараниях (к поспешествованию порученной вам экспедиции) и в наряде по тому в добавок к прежде наряженным, в Павловскую и Икорецкую верфи, тысячи человекам конных работников, ещё в добавок пятисот, да вместо выбылых из числа прежде наряженных, двухсот пятидесяти осьми конных, да пеших трёхсот одного человека, Всемилостивейше конфирмовали Мы сей его наряд, а при том и предписали, чтоб оные как возможно скорее в назначенные места доставлены были, да чтоб и впредь с его стороны всякое надлежащее вспоможение по порученной вам комиссии делано было.

2) Требуемые вами сто пар волов, с принадлежащим числом работников и с зимнею упряжью, повелели мы также нашему генерал-майору Щербинину, из Слободской губернии нарядя немедленно в вышепомянутые ж места доставить, и указ о том для доставления к нему от вас с нарочным, при сём вложить повелели, с тем чтоб с отправляемым могли вы ему знать дать, в которые места и к которому числу оные доставлены быть должны, а вы имеете приказать производить им надлежащую плату во время их употребления в работу.

3) Адмиралтейской Коллегии повеление наше дано, чтоб к построению известных новоизобретённых судов немедленно надлежащее число мастеровых служителей по требованию вашему в Тавров отправлены были, дав им для скорейшего прибытия туда на каждые десять человек по три подводы.

4) В рассуждении представленных от вас резонов, согласны будучи в том, чтоб помянутые двенадцать судов, для неупущения в реке Дону вешнего наводнения по сделании корпусов, сколько до вскрытия воды успеть будет можно, спущены были; а потому Адмиралтейской Коллегии и повелели генералу кригс-комиссару Селиванову о том равномерное повеление дать, с тем, чтоб, спустя сии суда, с первою полною водою, вёл он в низ, производя оным в пути достройку, и чтоб для сего взял с собою как его экспедиции советников, так и надлежащее число мастеровых людей, а по достроении те суда, вооружа со всем подлежащим удовольствием, по регламенту отдал бы вам. Отбытие ж ваше в крепость Святого Димитрия, так как и данное ему Селиванову повеление, в построении пяти будар, Всемилостивейше апробуем.

5) Надлежащее ж число служителей на те новоизобретённого рода суда, также и требуемые вами вещи Адмиралтейской Коллегии велено первым нынешним зимним путём отсюда и из Москвы в Тавров отправить.

6) На помянутые выше будары можете вы, сходно с представлением вашим, надобное число из пеших работников взять, но по прибытии в крепость Святого Димитрия отправить их обратно в их жилища, под присмотром, заплатя им всё подлежащее.

7) Когда за мелководием реки Дона, известные строящиеся суда в море провести иного способа нет как посредством комелей, то согласны Мы в том, чтоб оныя по тому чертежу, которой вы при реляции представили, построить, и для того о том Адмиралтейской Коллегии повеление дали, чтоб на строение их, сходно с представлением вашим, приготовляемой на канчебасы лес и тех мастеровых употребить, а строение канчебасов оставить.

8) Равномерно апробуем Мы и то, что вы вместо ластовых судов, потребных для возки военных припасов, кои на новоизобретённых судах поместиться не могут, намерены употребить отданное вам от Коллегии Иностранных Дел стоящее у Таганрога Турецкое судно, а потому и дозволяем вам купить и у Турецкого подданного Греченина упомянутое в реляции вашей судно ж, заплатя за оное деньги по оценке и вашему рассмотрению.

9) Бывалых на тех водах людей, где вверенная вам флотилия будущую кампанию вояж свой иметь будет, имеете вы в службу по рассмотрению вашему принимать в матросы, с произведением положенного жалованья, и оных по способности и достоинству награждать деньгами и унтер-офицерскими чинами, а сколько и когда принято будет, рапортовать в Коллегию.

10) О построении во всех трёх пограничных крепостях, для поклажи флотских припасов и провианту, магазинов и погребов, также и для морских служителей светлиц, Адмиралтейской Коллегии повеление дано, а чтоб и с стороны тамошних комендантов нужное вспоможение в том оказано и по требованию вашему способные к тому места отведены были, и Военной Коллегии предписание сделано.

11) Таганрогскую гавань отдаём Мы совсем в ведомство ваше, Всемилостивейше препоручая вам поставить оную в такое состояние, чтоб она могла служить как убежищем судам, так и для построения оных, а наипаче галер и других судов по тому месту способных, и чтоб будущая в кампанию 770-го году флотилия во оной уже зимовать могла. На всё оное повелели Мы выдать вам на первой случай двести тысяч рублёв, а как соизволение Наше есть, чтоб завести тамо Адмиралтейской Департамент и служителей, по мере тамошней морской силы, то и имеете вы, сочиня сему заведению план, представить оной к Нашему рассмотрению.

12) Вследствие сего и повелели Мы к возобновлению сей гавани определить и отправить туда признанного вами за способного инженер-подполковника Збродова, которому, состоя под главною вашею командою, быть однако ж во всём в ведомстве и тамошнего коменданта бригадира Дежедераса, дабы в одном месте разных команд не было.

13) Для помянутого выше построения магазинов, погребов и светлиц, также и для возобновления гавани, повелели Мы Адмиралтейской Коллегии, взяв от вас подлежащие в том известия, и по смете сходно с вашим представлением, надобный лес заготовить и в вышеупомянутые крепости доставить, а о нужном к тому со стороны Донского и Волгского войска, также и от других воинских команд вспоможении и Военной Коллегии повеление дано.

14) Наконец же Адмиралтейской Коллегии предписано и требуемого вами архитектора Петрова, для построения упомянутых в тех крепостях магазинов и погребов туда отправить, служителей же употребить вам на то, так как вы представляете, тех, кои на новоизобретённых судах на низ сплывут.

От известного вашего к службе усердия и ревности уверены Мы, что вы конечно не упустите ничего к произведению в действо всего вам порученного, к умножению тем оказанных уже вами Нам заслуг и Нашего противу того Монаршего к вам благоволения.

Дан в С.-Петербурге, в 10 день ноября 1769 года.

12

Указ нашему вице-адмиралу Сенявину.

Вам известна цель намерений Наших к утверждению Российского флага на Чёрном море, и хотя Нам теперь ещё невозможно никакого точного и решительного предприятия предписать, потому что оное во всех своих мерах зависимо быть должно от будущих успехов армий Наших; однако же, имея в виду сей предмет, повелеваем вам, при отправлении и исполнении на месте всего того, что вам от Нас поручено относительно Азовского моря, приложить рачительнейшее старание и, по самой возможности, без потеряния порожнего времени у работников и мастеровых людей вашего ведомства, вырубить на три или на четыре фрегата лесу, и оной по надлежащим лекасам или образцам, на месте заготовляя, сплавливать вниз по вашему усмотрению к крепости Святого Димитрия, или к Азову, или же и далее к самому Таганрогу, дабы при первом удобнейшем дел положении, возможно было в самой скорости его доставить к ближайшему берегу Чёрного моря, и там тотчас сколотить и соорудить помянутые фрегаты, величину и пропорцию которых Мы по признанному Нами в вас отличному искусству в морском деле, совершенно предаём вашему собственному рассмотрению и определению. Ежели же противу Нашего чаяния в близости тех мест не найдётся довольного числа годного на корабли той меры леса, то имеете вы также заблаговременно принять и распорядить такие меры, дабы вы сей недостаток наградить могли к тому же времени из Волгских корабельных лесов.

Дан в С.-Петербурге, в 15 день декабря 1769 года.

13

Алексей Наумович. Из приложения усмотрите причины, для чего Я за нужно нашла послать к вам оное. Сам тот козак также, Я чаю, скоро к вам будет, хотя он и просится в Средиземное море, куда благополучно прибыл адмирал со флотом, и теперь в Порт-Магоне, по малому отдохновению, пойдут в путь, Елманов в Англии и оттудова выедет в путь свой с новым Северным Орлом, первой по справкам оказался весь гнил. Элфинстон в Англии. Прощайте, Бог с вами и с вашим младенцем, а Нашим флотом на тамошних водах; дай Боже вам счастливого успеха, а Я к вам всегда доброжелательна.

В 12 день января 1770.

14

Алексей Наумович.

Я читала письмо ваше к графу Никите Ивановичу Панину от 1 февраля, в котором вы рассуждаете, что для надёжной обороны Азова довольно будет к двум находящимся уже там прамам довести ещё один, которой прошлого года за мелководием остановился от Павловска в двухстах пятнадцати верстах; а остальные два прама, кои от Павловска в восьмидесяти девяти верстах остановились и в коих вы теперь там нужды не предвидите, будущим летом возвратить опять в Павловск и там их хранить впредь до надобного случая, людей же на них бывших распределить по прочим судам. Сие рассуждение ваше Я сим апробую, почему вы и исполните, а в Адмиралтейскую Коллегию о том для ведома указ послан. Впрочем пребываю вам как и всегда доброжелательною.

Из С.-Петербурга, в 15 день февраля 1770.

15

Алексей Наумович. Ваши репорты от 4 и 5 апреля Мною получены вчерашнего числа; из оных усмотрела состояние ваших работ; кажется более требовать не можно. По Царяградским известиям, в Чёрное море наряжаются 30 фрегат, кои отчасти к вам, а отчасти к Очакову, к Дунаю и Варне пойдут; на них всё есть окроме людей: сих никак ещё достать не могут. О Спиридове известно, что из Магона вышел января 24 ч. В Мальте был и Сицилию проехал. Сие верно; слухи же есть, что уже в Морее высадка сделана и некоторые крепкие места заняты, но подлинных репортов нету. Елманов на Европе с бомбадирским судном и несколько наёмных 25 февраля в Гибралтар прибыл. Элфинстон 23-го марта ожидал в Портсмуту благополучного только ветра, чтоб выступить в путь; он Северного Орла починил, а Святослава перестроил; и так все наши корабли в добром здоровьи. Что впредь происходить будет, не оставлю вам при случае сообщить. Прощайте, желаю вам здравствовать.

В 16 день апреля 1770 г.

16

Указ нашему вице-адмиралу Сенявину.

Все чинимые вами по содержанию репорта вашего от 17 минувшего марта распоряжения заслужили Наше удовольствие. Мы надеемся потому, что вы по известной Нам вашей ревности к службе достигнете совершенно и вовремя до исполнения вверенного вам предмета. Прилагаемое вами между тем попечение о предохранении от болезней работающих в Павловской и Икорецкой верфях, произвождением им порции настоянного с полынью вина, а употреблённым при вооружении судов морского провианта пополам с сухопутным порции же полынного вина, весьма похвально. Почему и соизволяем Мы, чтоб вы как издержанные на сие, так и впредь издерживаемые деньги ставили на счёт чрезвычайных по комиссии вашей расходов.

Дан в Царском Селе, в 22 день апреля 1770.

17

Нашему вице-адмиралу Сенявину.

На делание двух запасных фрегатов повелели Мы отпустить в диспозицию вашу пятьдесят тысяч рублей из подушных ведомства Главного Комисариата денег в Воронеже, или если тамо столько наличных денег нет, то из ближних к Воронежу мест.

Дан в 30 день мая 1770 года.

18

Алексей Наумович.

На прошедшей неделе получили Мы от графа Фёдора Григорьевича Орлова приятнейшую для Нас ведомость о благополучном прибытии к Морейским портам одной части Нашего флота, и что высаженные оным на берег люди несколькими городами овладели; всё сие и из приложенного при сём вы пространнее увидите. Я ездила отсюда в город для принесения благодарственных молебствий Всевышнему за Его к Нам благодеяния, что и учинено в морской Святого Николая Церкви, при пушечной с обеих Санкт-Петербургских крепостей пальбе. Вы же по получении сего имеете в вашем месте то же самое учинить, дабы и находящиеся под вашею командою морские приняли участие в сих первоначальных успехах Нашего флота. Мы, ожидая от вас в свое время подобного, пребываем вам доброжелательною.

Из Царского Села, в 1 день июня 1770 года.

19

Указ нашему вице-адмиралу Сенявину

Находя основательными представления ваши от 31-го минувшего мая о неудобствах сплавливания в Азовское море потребного на строение побеленных Нами фрегатов леса, соизволяем Мы, чтоб сии фрегаты строены были в тех местах на Хопре, где леса найдены, или инде где вы за лучше признаете, и сплавливаны были б оттоль в море на комелях. Мы полагаемся по тому во всём сём на ваше на месте благоусмотрение, и надеемся на дознанную Нами ревность вашу к службе, что вы почтитесь исправить всё без замедления и ко времени.

Дан в С.-Петербурге, в 21 день июля 1770 года.

20

Алексей Наумович.

Третьего дня получила Я при сём следующее известие, которое кажется в себе не заключает сумнения; но куриер в Италии, чаю, найдёт такой строгой шестинедельной карантин, что никак ещё сюда скоро быть не может. С сим славным происшествием вас поздравляю. Не дивитеся тому, что гр. Ал. Гр. Орлов командиром в сём случае был всего флота. Он, по случаю ссор, несогласия и непослушания г-д плывущих, принуждён был наконец поднять на корабле контр-адмирала Грейга кайзерфлаг, чрез что восстановил паки порядок и послушание. Прощайте, желаю вам здоровья и счастья. Остаюсь к вам доброжелательна.

В 3 день сентября 1770.

21

Алексей Наумович.

При сём прилагаю печатную копию с реляции графа Алексея Григ. Орлова ко мне о знаменитой им одержанной победе и истреблении Турецкого флота, за что Мы Богу приносили благодарение в морской церкви 14 числа сего месяца. Графу же Орлову Я приказала оставить кайзерфлаг, которого он умел кстати и хорошо употребить, пока жив, с позволением оного употребить на наших кораблях. Впрочем желаю вам здравствовать. Репорты ваши от 2 ч. сентября Я вчерась получила.

В 23 день сентября 1770 г.

22

Указ нашему вице-адмиралу Сенявину.

Для изъяснений по комиссии вашей и снабжения потребными вам наставлениями, признаём Мы за нужно, чтоб вы ныне сюда приехали; но сие повелеваем Мы вам однако ж в таком только случае, когда возложенные на вас дела вам то дозволят, и отсутствие ваше не может причинить никакой им остановки.

Дан в С.-Петербурге, в 27 день ноября 1770 года.

23

Указ нашему вице-адмиралу Сенявину.

По поданному вами 28-го минувшего февраля докладу повелели Мы, чтоб потребные на экипирование строящихся в Новохопёрской верфи двух фрегатов тридцать тысяч рублёв вам отпущены были. Производимое вами в Новопавловске строение двух палубных для сих фрегатов ботов Мы заблагоприемлем; и дозволяем вам также построить для транспортов при флотилии, вместо разбитых четырнадцати военных лодок, ещё десять палубных же больших ботов. Сверх сего повелеваем вам построить для перевоза провианта и прочих тягостей из крепости Святого Димитрия в Таганрог и к строющейся новой линии такие суда, какие вы, снесясь с Нашим генерал-порутчиком Деденёвым, за способные к тому признаете. На построение же сих судов и помянутых десяти ботов повелели Мы отпустить вам двадцать тысяч рублёв.

Дан в С.-Петербурге во 2 день марта 1771 года.

24

Божиею Милостию Мы Екатерина Вторая, Императрица и Самодержица Всероссийская, и прочая, и прочая,и прочая.

Нашему вице-адмиралу Сенявину.

Как польза дел и службы Нашей требуют, чтоб собственным вашим попечением новозаведённая на Азовском море и вами самими предводительствуемая флотилия купно с определённым на неё сухопутным войском для десанта употреблена была при намеряемой нынешним летом на Крым экспедиции согласно и одновременно с походом и военными действиями второй Нашей армии под командою генерала князя Долгорукова; то в ближайшее вам объяснение всех видов, порядка и степеней сей экспедиции, следовательно же и в точное по оным руководство во всём том, что частно до вас принадлежать может, рассудили Мы за нужно сообщить вам здесь в приложенной копии полное пространство предписанного генералу князю Долгорукову подробного операционного плана, дабы вы с своей стороны оному во всех случаях по крайней возможности способствовали и тем взаимно друг другу в общем подвиге делали облегчение.

Означенный операционный план объемлет сам по себе довольно всю ту связь, которая долженствует быть между сухопутными и морскими оборотами и предприятиями; чего ради, не входя здесь в повторение частей до флотилии принадлежащих, потому что оные там уже в полной мере описаны, удовольствуемся Мы только препоручить бденности и рачению вашим скорейшее вооружение флотилии и скорейшее выступление с нею в море, дабы до приближения армии к Перекопи выиграть нужное время к перевозу провианта из Таганрога в Петровскую крепость, в довольном количестве для всякой востребующейся надобности, о чём вы не оставите заранее списаться с генералом князем Долгоруковым, открывая отныне с ним точное, верное и беспосредственное сношение, которое и продолжайте в поспешествование славе оружия Нашего и в собственное общим вашим подвигам подкрепление чрез всё время кампании; ибо сим способом будете вы везде взаимно находить один другого полезным себе содейственником и соревнителем.

Для удобности и прикрытия вышеупомянутого на лодках перевоза провианта из Таганрога в Петровскую крепость, кажется, что пункт устья реки Берды способен к тому, чтоб флотилии по выходе в море остановясь на оном ожидать от армии известия о походе и точном времени приближения, как её к Перекопи, так и деташированного чрез Сиваш корпуса к Ениши, дабы лодкам её за несколько дней до того, когда последний прибудет к своему месту, найтиться близь оного с провиантом и для способствования самой переправы его.

Время и обстоятельства покажут вам тогда, будет ли при таком упражнении лодок настоять какая либо опасность от неприятеля с морской стороны? В случае могущей быть действительной опасности, не оставите вы конечно сами собою принять к ограждению себя и лодок все нужные и возможные осторожности, занимая с флотилиею в ближних водах, как например прошед Феодотову косу, такую позицию, с которой бы неприятельской эскадре путь к Енише беспечно пресекаем быть мог, в чём Мы на дознанное ваше искусство с полною доверенностию полагаемся. Да и по самому свойству судов Наших, яко они глубоких вод не требуют, не без основания мним, что Туркам, в рассуждении тягости и глубокого хода судов их, не будет возможности инако приближиться к флотилии вашей, как разве когда сами вы, по усмотрении выгодных аспектов, руководствуясь мужеством и ревностию о славе Отечества, признаете за полезно вытти к ним на встречу и дать им вновь чувствовать силу и превосходство победоносного Нашего оружия.

Если же никакой опасности не будет с стороны неприятеля в море, в таком случае не будет и нужды долго оставаться флотилии в близости марширующего чрез Сиваш корпуса; чего ради воспособствовав ему в переходе чрез Ениши и уделя потом с лодок потребное число провианта, попечение ваше оставаться будет в том, каким образом согласиться вам с главным командиром того корпуса о месте и времени, когда и где высадить вам сухопутные свои войска, для общего его с ним предприятия на Арабат, Керчь и Еникуль, а вам тогда оные с морской стороны по вашему искусству сильнейшим образом подкреплять. Хотя вследствие известного вам намерения Нашего о Крымском полуострове и надобно будет укрепиться во всех сих трёх местах по занятии их, но последнее из оных, то есть Еникуль, как ключ прохода из Чёрного моря в Азовское, требует особливого уважения: и потому Мы укрепление оного, снабдение всем нужным и приведение в такое состояние, чтоб флотилия в нём чрез зиму остаться могла, поручаем вашему особливому и ревностному попечению, яко главного морского начальника, которой тут всю свою команду учредить имеет, разве вновь приобретение города Кафы на берегах Чёрного моря представит положением своим большие к тому выгоды и удобности и решит на себя преложение тамошнего Морского Нашего Департамента, в чём однако ж при настоянии случая предварительное употребление Еникуля не только не произведёт напрасного убытка и остановок, но и может ещё преподать разные небезважные способности на толь близком между ими расстоянии.

Но которое из сих обоих мест, по обозрении локальных выгодностей и неудобств, ни будет после избрано стапелем для морской Нашей силы в Чёрном море, оное весьма равно; ибо на первой случай в том только и нужда, чтоб ближайшее скорее получить в свои руки и поставить в нём для переду твёрдую и непоколебимую ногу права, собственности и соучаствования Нашего в тамошних водах, коим Россия столь долгое время другим уважениям жертвовать принуждена была.

Таким образом, сколь скоро Еникуль взят будет, и вы в состоянии себя увидите на зиму там остановиться и взять твёрдую ногу, то и имеете приказать немедленно туда же быть и обоим новопостроенным фрегатам со всеми к дальнейшему пребыванию нужными запасами и людьми, дабы флотилия в сём новом месте никакого недостатка не имела и могла быть как возможно скорее в совершенной исправности к последующим впредь военным действиям.

На могущие у вас быть чрезвычайные расходы определяем Мы сумму пятнадцать тысяч рублёв, которую вы от Нашего генерала прокурора получить имеете. Употребление сих денег в поспешествование дел и службы Нашей надежно вверяем Мы верности и разборчивости вашей, отнюдь не сумневаясь, что вы с одной стороны денег напрасно тратить не станете, а с другой и ничего полезного за невместною экономиею не упустите, в чём собственное ваше благоразумие, смотря по времени и обстоятельствам, истинную меру и посредство определять долженствует. И пребываем вам в прочем Императорскою Нашею милостию благосклонны.

Дан в С.-Петербурге, в 7 день марта 1771 года.

25

Копия с рескрипта к генералу аншефу князю Долгорукому от 7 марта 1771 года.

В данном вам при отъезде отсюда рескрипте Нашем положены уже первые основания и начертания для военных на сей год операций вверенной предводительству вашему армии, по которым, зная довольно патриотическое ваше к службе усердие, и не сумневаемся Мы, чтоб не были от вас благо-временно распоряжены все нужные меры и способности, а с другой стороны известно вам построение особливой морской флотилии для Азовского моря под попечением вице-адмирала Сенявина. И как теперь наступает уже время к самому отверстию кампании, то и признали Мы за нужно преподать вам к ближайшему вашему управлению точнейшие наставления, да и самой в подробностях план к занятию и покорению Крыма с содействием оной вооружённой флотилии, такова содержания:

При выступлении войск из квартир для защищения и охранения границ, оставить на линии и в крепостях в команде генерал-порутчика графа Остермана роты из остающихся от полков двуротных команд и всё теперь в команде его состоящее лёгкое войско, а в Елисаветградской провинции сверх находящихся в крепости Святой Елисаветы гарнизонных баталионов и оставших от поселённых гусарских полков эскадронов, отправленные туда из двуротных же команд роты. Для прикрытия ж как всего пространства между Днепра и Днестра от чинимых выходящим иногда из Очакова неприятелем набегов и для поиску над оным в случае к тому оказывающейся способности, так и для сохранения свободной от армии к Бендерам коммуникации, командировать на Буг к устью реки Чертолы, одного генерал-майора с Запорожским войском, придав ему из расположенных в Елисаветградской провинции двуротных команд роты две мушкетёр и несколько эскадронов из поселённых остающихся там гусар и несколько полевых пушек; а к устью Ингульца, что впадает в Днепр, для обеспечения переправы и разных водою транспортов из Сечи, отрядить одного штаб-офицера и с ним несколько Запорожских казаков, и обоим сим деташаментам в назначиваемые места прибыть в тоже время как и вся армия в главном своём сборном месте (которое назначивается близ новой линии около Александровской крепости) находиться будет.

По собрании же всей армии у сего главного сборного места, выступить оной в дальнейший поход к Крыму и маршировать держась Днепра до урочища Балкиваливалы, что против Кизикерменю, а от оного к Перекопской линии, куда и может прибыть к 1-му июню.

Пред выступлением всей армии с главного сборного места, отделить корпус под командою одного генерала, состоящий до четырёх баталионов пехоты, около ста егерей, эскадронов до пяти гусар, Донских казаков до тысячи и Малороссийских сот до трёх, придав оному сверх баталионной артиллерии, несколько пушек из парку. Сему корпусу взять поход свой к Молочным Водам и стараться, чтоб в самое тож время, в которое прибудет армия к Перекопу, прибыть и ему против Ениши и Шунгара, и тогда когда армия устремляться будет к переходу чрез линию, перейтить и ему и Ениши, способом флотилии.

По прибытии ж армии из главного сборного места, из команды новой Днепровской линии иметь разъезды в степи между сею линиею и Перекопом лежащей, также и по косам Азовского моря и внутрь земли, а из Таганрога до Берды.

Когда ж армия прибудет к урочищу Балкиваливалы, то у сего места сделать больший редут, в котором бы и провиантский магазин поместить можно было, и оставить в оном одного штаб-офицера с двумя ротами мушкетёр и сот до шести козаков, с эскадроном карабинер или драгун и несколькими пушками, как для прикрытия коммуникации, так и для примечания на Кинбурн; а сверх того командировать ещё одного штаб-офицера и с такою же командою к Каланчам, как для равномерного на Кинбурн примечания, так и для поиску над неприятелем при случае к тому способности; в следование ж армии мимо Чёрной Долины сделать у сего места для свободности всякого отправления редут, в котором оставить также ста два козаков, при одном офицере с пушкою.

Вам по прибытии с армиею к Перекопской линии, отправя все опорожнившиеся в подвозном магазине повозки назад для наполнения оных провиантом и обратного доставления к армии, не мешкав ничего, всевозможные старания употребить оную линию пройтить и, овладев батареею на первом её фланге, сделать тут редут, в котором и учредить магазин, и для непрестанного привозу в оной провианта из оставленных позади магазинов отрядить от армии надлежащее число повозок; а между тем делать покушение на Перекопскую крепость, и если оную тотчас схватить возможности не будет, то оставить для блокирования её, под командою одного генерала, пехоты баталионов до шести (или по достоверному осведомлению, смотря по числу состоящего в оной гарнизону, которого, по теперешним известиям и по малости сей крепости, не может в ней поместиться более как до тысячи пятисот человек), эскадронов до пяти гусар, полк кавалерийской и до полуторы тысячи казаков, и велеть ему бомбардированием и минами стараться оную покорить; а по занятии учреждённый в редуте провиантской магазин перевести в сию крепость.

Вам же самим с армиею следовать к Карасбазару, и если б в то время деташированному к Енишу и Шунгару корпусу невозможно ещё было у Ениши перейтить, то оному следовать на Сиваш, а армии мимоходом, атаковав и разбив толпу, препятствующую сему переходу, оставить при том корпусе часть своих понтонов и продолжать путь свой, размеряя оной по движениям следующего чрез Сиваш корпуса. В правую ж от себя сторону, для прикрытия своего марша, а особливо случающихся транспортов, отрядить некоторую команду. Касательно ж до упомянутого чрез Сиваш следующего корпуса, когда воспрепятствуется ему перейтить у Ениши способом флотилии, и перейдёт он уже у Шунгар помощию армии чрез понтоны, то тогда иттить ему по левую сторону армии и стараться по понтонным мостам перейтить на мыс земли и маршировать оным к Арабату, и совокупными силами с флотилиею сим городом овладеть; буде ж бы флотилии воспрепятствовано было туда подоспеть, то вам отделиться от армии к усилению сего корпуса столько, сколько по обстоятельствам за нужно почтёте, дабы сие место конечно взято было, тем больше, что хотя бы флот Турецкой и предуспеть мог войтить в Азовское море, то взятье сей крепости понудит его с поспешностию предпринять обратной путь, дабы иначе самому взаперти не остаться. По овладении ж Арабатом иттить тому корпусу к Керчи и Еникулю и стараться сии оба места также взять, а армии следовать к Кафе.

Корпусу, назначенному к овладению Перекопской крепости, оставя в ней в гарнизоне один баталион, большую часть осадной артилерии и несколько Малороссийских казаков, иттить к Козлову, а заняв сие место и оставя в нем также гарнизон, следовать к Бахчисараю и до Балаклавы, которую равномерно взять, буде возможно будет.

По овладении Арабатом, Керчею и Еникулем, стараться вам овладеть и Белбеком.

Как при всех сих действиях важнейшее ваше попечение состоять будет в изыскании способов к продовольствию и пропитанию вверенных вам войск, то при движениях наиглавнейше того наблюдать, чтоб оные измеряемы были по способам доставления себе продовольствия в начале из учреждённых к тому мест, а потом и получением оного с наблюдением дисциплины с земли, чего для при вступлении в Крым наистрожайше запретить, чтоб жилищ не разорять и не жечь, скота не больше брать как только что нужно будет для продовольствия, и с жителями обходиться человеколюбиво. А чтоб их некоторым образом удержать в неоставлении своих жилищ и в покое, то вступя в Крым манифестом обнародовать, что если останутся они спокойны и не будут вооружаться, то с ними поступлено будет милостиво, а в противном случае подвергнут они себя всем тем бедствиям, которые влечёт за собою обнажение меча.

Сколько наконец ни сходственны кажутся сии движения с положением земли и с представляющимся неприятелем, скорое однако ж оных исполнение подвергается случающимся препятствиям, как то медленным иногда доставлением пропитания, иногда же принятием надлежащей осторожности от толпы предстоящего неприятеля; но для отвращения сего последнего, нет лучшего средства, как только храбро его везде атаковать и поражать.

Когда ж в тех местах, где находиться будут Турецкие гарнизоны, не иначе бы захотели они сдаваться как с тем, чтоб отпустить их в их отечество, то на сие соглашаться и отправлять оных в Варну, а отнюдь не в Азию; а тем судам нашим, на которых они пересаживаны будут, иттить уже в Дунай к нашим гарнизонам, если возможность к тому будет.

При выступлении войск Наших в Крым, могут тамошние жители найтиться разделёнными на две части, то есть одна не захочет воевать, а другая будет противною; в таком случае когда которые из сей противной части попадутся в плен, то поступать с ними строже для устрашения прочих.

Из существа самой вещи довольно явствует, что движения, обороты и самые действия разных от армии вашей частных корпусов долженствуют иметь взаимный размер времени и способностей с флотилиею; почему для толь нужной и взаимной связи между вами и командующим ею вице-адмиралом Сенявиным весьма надобно, дабы вы оба ныне же открыли заранее один с другим точное, верное и беспосредственное сношение и продолжали оным в поспешествование славе оружия Нашего и в собственное общим подвигам вашим облегчение чрез всё время кампании; ибо сим способом будете вы везде взаимно находить один другого полезным себе содейственником и соревнителем.

Мы повелели для вящего вам руководства приложить здесь копию с рескрипта Нашего сему вице-адмиралу, коим даны ему точные предписания касательно удельных его действий, а в оном между прочим найдёте вы, что и ему таковое же как и вам повеление дано, равно как и о употреблении из флотилии лодок к перевозу провианта из Таганрога к Петровской крепости, до того времени, пока армия ваша приближением своим к Перекопу будет оставлять на то свободы.

Выше сего упомянуто в своём месте о публиковании по входе в Крым манифеста. Мы повелели сочинить оной здесь на тех самых политических основаниях, которые до сих пор в негоциациях с другими Татарскими ордами произвели уже столь много плода. За тем попечения вашего будет долг сей манифест по следующей при сём форме как можно более и скорее пристойными средствами обнародовать во всём Крымском полуострове тотчас по вступлении вашем в оной, а потом по точному содержанию и словам манифеста, с одной стороны исполнять против упорных строгость права военного, с другой же напротив того ласково выслушивать и принимать добровольно покоряющихся оружию Нашему, а наипаче всех вообще известными резонами собственной пользы, вольности и будущего блаженства склонять и убеждать к низвержению с себя ненавистного ига Порты Оттоманской и к составлению общего дела с теми из собратий их, кои оного общим своими советом и присвоением себе Нашего покровительства навсегда уже совершенно освобождаются. Если обстоятельства сами по себе, или же по успехам операций ваших будут представлять какие-либо удобности к приведению на хорошие мысли самого ли хана Крымского, наместника ли его в Крыму командующего, кого-либо из султанов и знатных мурз, или же целых Татарских родов, в таковых случаях, пользуясь искусно выгодою момента, не оставляйте ничего к приобретению и обнадёжению себе успеха. Собственное ваше усмотрение будет вам достаточно открывать на месте, где, когда и какие средства с вящею пользою употреблять, чрез словесные ли внушения, письма или же посылку нарочных людей.

Не излишне тут приметить, что теперь нельзя ещё надеяться, дабы все Крымские Татара захотели или могли вдруг приступить к намерению Нашему, и для того на первой случай можно будет и тем уже довольствоваться, чтоб в мыслях и желаниях их сначала распространять разногласие и частно одни роды за другими привлекать и приобщать к Нашей стороне, назначивая и отводя первопокоряющимся только целыми родами, или по крайней мере большими кучами, а не мелкими частями, удобные к обитанию места по образу их жизни в самом Крымском полуострове там, где бы их расположение армии Нашей, от прочих Татар отделяя, в то же время и достаточно на зиму обеспечивало. Можно надеяться, что сим образом не невозможно будет и все Татарские в Крыму роды перетянуть в соединение под сень покровительства Нашего, когда они чрез опыт увидят, что преждепокорившиеся живут под оным неутеснённо в покое, тишине и безопасности и что вся Наша цель идёт главнейше к развязанию их с Турками.

Мы несумненно ожидаем от ревности и рачения вашего, что вы и в сей ныне на вас возлагаемой политической части дел Наших не меньше потщитесь оправдать доверенность Нашу, сколько и в военной собственного вашего звания, по которой хотя Мы сим рескриптом по Нашим собственным издали усмотрениям и предписали вам некоторые частные меры операций ваших, но со всем тем однако ж Мы всего более полагаемся на ваше собственное усмотрение по каждом месту и времени, отнюдь не связывая вам рук брать, учреждать и в действо производить такие меры и подвиги в военных действиях, каковые вам лутчими представляться будут для надёжнейшего достижения вверенного вам от Нас предмета.

26

Алексей Наумович.

Если вы в порученном вам деле можете обойтиться без генерала кригс-комиссара Селиванова, то моё соизволение есть, чтоб вы его отпустили сюда; если же он вам необходимо нужен, то в таком случае оставьте его у себя.

Из С.-Петербурга, в 17 день марта 1771.

В прочем желаю вам счастливого пути и пребываю к вам доброжелательна. Екатерина.

27

Алексей Наумович.

По теперешним обстоятельствам весьма полезно будет если вы, как скоро только вам можно будет, действительно приступите, в Кафе, или где вам способнее покажется, к построению тех фрегат, для коих у вас леса приготовлено, и для того, дабы вам всякое возможное вспоможение сделано было от командующего генерала, пишу Я сего дня к князю Василью Михаил. Долгорукому, и остаюсь к вам как и всегда доброжелательна.

В 25 день июля 1771.

Внизу сего рескрипта приписано Её же Величества рукою:

О своём сгоревшем доме не тужи. Я приказала его поставить в прежнем состоянии.

28

Божиею милостию Мы Екатерина Вторая, Императрица и Самодержица Всероссийская, и прочая, и прочая, и прочая.

Нашему вице-адмиралу Сенявину.

По дошедшим до Нас известиям, находятся в Крымском полуострове дубовые и сосновые леса; из последних по объявлению тамошних жителей, Турки бирали на мачты для своих судов; а потому желая Мы узнать подлинность сего, повелеваем вам отправить от себя офицеров для осмотру и описания помянутых лесов, и если найдутся оные годными к корабельному строению, в таком случае имеете вы построить в Крыму два, а по крайней мере один шестидесяти пушечной корабль. И по сему учинить Нам ваши представления о возможности производства сим предписуемого, дабы Мы заблаговременно могли снабдить вас к тому всем нужным. И пребываем вам Нашею Императорскою милостию благосклонны.

Дан в С.-Петербурге, в 29 день августа 1771.

Внизу сего указа приписано Её Величества рукою:

Осмотр в лесах имеете делать, сносясь с г. кн. В. М. Долгоруковым, дабы сим Татары не были встревожены, ни огорчены. Я же, в запас, если бы в лесах в Крыму не было удобности, приказала на два шестидесятные корабли доставить лес из Казани в Азов.

29

Божиею милостию Мы Екатерина Вторая, Императрица и Самодержица Всероссийская, и прочая, и прочая, и прочая.

Нашему вице-адмиралу Сенявину.

Последние рапорты ваши мы получили и с удовольствием видели из содержания оных, сколь ревностно трудитесь вы всегда в исполнении намерений Наших. Отдавая вам в том справедливость, Всемилостивейше жалуем вас кавалером Ордена Нашего Святого Александра и повелеваем возложить на себя и носить по обыкновению посылаемые к вам при сем знаки оного. По таком изъявлении вам Нашего благоволения уповаем Мы, что вы потщитесь продолжать службу с такою же свойственною вам ревностию, и подадите нам случаи к оказанию вам новых опытов монаршей милости Нашей и щедроты.

На представления ж ваши объявляем вам.

Предводительствуемая вами на Азовском море флотилия построена была единственно для охранения занятых на том море мест, прикрытия чинимых подвозов и оказания Нашей на том море власти и потому совершенно соответствовала сему положенному о ней намерению; а сверх того достаточна она и к возбранению прохода неприятельских сил из Чёрного моря в Азовское. Но как теперь не имеет неприятель на Чёрном море военных судов, а Нам напротив того по отторжении Крыма от Турков может случиться нужда перевозить людей и припасы Чёрным морем, то соизволяем Мы, чтоб вы, оставя несколько судов флотилии вашей для охранения помянутого в Чёрное море пролива, сделали протчие не столь валки и к плаванию удобнее. Почему и можете вы согласно с собственным вашим мнением облегчить их в числе и тягости орудий и учредить непременные по тому переделки, имея однако ж всегда предметом, чтоб и оные если не атаковать, то по малой мере обороняться могли.

Построение в Крыму двух шестидесяти пушечных кораблей по встретившимся затруднениям и неимению места к их содержанию Мы отменяем; но вместо того заблагорассудили построить на Дону два фрегата по сделанному адмиралом Нольсом чертежу, признанные лутчими и способными к плаванию на Азовском и на Чёрном море. Они будут мельче в ходу построенных уже там фрегатов. Заготовленные вами ещё на два фрегата леса могут годиться и для сих по новому чертежу судов. И так повелевая вам исполнение сего, определили Мы вам для такого строения на первой случай пятьдесят тысяч рублёв. Адмиралтейская ж Коллегия доставит вам ныне помянутой чертёж и возьмёт на себя попечение в приготовлении назначенных на сии фрегаты медных орудий, имея на то уже и потребные деньги.

Наконец рассуждая о месте пребывания вашего, находим Мы, что вам надобно быть там, где присутствие ваше будет нужнее, а потому и дозволяем вам переезжать из флотилии в порты и верфи и возвращаться во флотилию по вашему благорассуждению, не дожидаясь о том особливого от Нас указа. И пребываем вам в прочем императорскою Нашею милостию благосклонны.

Дан в С.-Петербурге, в 26 день декабря 1771.

30

Божиею милостию Мы Екатерина Вторая, Императрица и Самодержица Всероссийская, и прочая, и прочая, и прочая.

Нашему вице-адмиралу Сенявину.

Приготовляясь к открытию будущей кампании, поручили Мы отправляемому ныне в Молдавию Нашему адмиралу Нольсу поправить взятые у неприятеля суда, кои годными найдутся к морскому плаванию и построить новые, сколько время и тамошние на месте способы дозволить могут. Вам же сим повелеваем отправить, сколь скоро ход по морю начнётся, половину новоизобретённых флотилии вашей судов к устью Дунайскому, оставя другую при себе для охранения прохода в Азовское море и Крымских берегов, и предписать командиру первых, чтоб по приходе туда уведомил он помянутого адмирала и был под его повелениями. Между тем имеете вы стараться окончить и вооружить скорее построенные на Дону два фрегата, а потом итти с ними туда ж и равномерно ожидать его повелений. В протчем повелевая вам также уведомлять его о всём, что вы по сему учините, ожидаем Мы от известного Нам усердия и ревности вашей, что сие соизволение Наше как можно скорее исполнено будет и не встретит никаких препятств; ибо надобность службы Нашей в сём деле требует действительного исполнения, а не тщетных затруднений и переписок. Пребываем вам Императорскою Нашею милостию благосклонны.

Дан в С.-Петербурге, в 8 день февраля 1772.

31

Нашему вице-адмиралу Сенявину.

На репорт ваш от 22-го прошедшего июня, объявляем вам сим Наше соизволение: что по постановлении перемирия с Турками, не предвидится теперь надобности отправлять половину командуемой вами флотилии в устье Дунайское, а напротив того обстоятельства требуют чтоб оная крейсировала около Крымского полуострова даже до Бессарабских берегов, как для узнания тамошнего моря, так и для пресечения всякого сообщения в неприятельскую сторону, если бы паче всякого чаяния Татара на противные замыслы поступить вознамерились. К подобному ж крейсированию употребить имеете вы и достраиваемые у Таганрога фрегаты, как скоро каждой из них готов и вооружён будет. Самим вам итти с ним точно не предписываем, а надеемся, что вы предпочтёте быть там, где присутствие ваше будет нужнее. Впрочем хотя и уповаем, что соглашения Наших и Турецких полномочных, кои вскоре начаться имеют, увенчаны будут утверждением желаемого мира; но, упреждая однако ж непредвидимые того следствия, повелеваем и вам быть в готовности к учинению как самых против неприятеля действий, так и одних оказательств оных. Вам надобно потому продолжать ваши помянутым полномочным Нашим о состоянии флотилии доношения и исполнять всё, что вам от них предписано будет. О сём данном вам повелении Мы их уже уведомили; вы же можете знать дать о том от себя Нашему генералу князю Долгорукову. А как вам известно, что Керчь и Еникуль предполагаются от Нас при негоциации с Татарами местами содержания Нашего флота и впредь на Чёрном море; то потому и надлежит вам отныне же обратить ваш вид и меры к тем местам таким образом, дабы без особенного предприятия и натуральным образом суда вашей флотилии ко времени окончания крейсирования их могли возвращаться и возвратиться туда, яко в способнейший порт для защиты Крымского полуострова от нечаянного с Турецкой стороны морем покушения, о чём, при усмотрении надобности или какого-либо нужного вспоможения, имеете вы сноситься с Нашим полномочным в тамошней области генерал-порутчиком Щербининым и с командующим там Нашими войсками генерал-порутчиком князем Щербатовым.

Дан в Царском Селе, в 17 день августа 1772.

32

Божиею милостию Мы Екатерина Вторая, Императрица и Самодержица Всероссийская и прочая, и прочая, и прочая.

Нашему вице-адмиралу Сенявину.

Хотя рескриптом Нашим от 17-го августа и предписано вам было, чтоб командуемая вами флотилия крейсировала около Крымского полуострова, с предоставлением на благоусмотрение ваше быть вам самим тамо, где вы присутствие ваше признаете нужнейшим; но ныне, в рассуждении внезапно происшедшего разрыва мирного Нашего с Турками конгреса. Мы за нужно поставляем сим вам наисильнейшим образом рекомендовать, чтобы со всею вашею флотилиею и со всеми судами, в действо употребиться могущими, устремили вы все ваши удобьвозможные силы и бдение к охранению от неприятельского нападения Крымских берегов и к содержанию в обузданное вашей оного полуострова, не всчиная однако же никаких военных действий в противность заключённого с Турками перемирия до самого его истечения, а и тогда главнейше надобно будет обращать ваши меры таким образом, чтобы силы ваши могли служить действительнейше к обороне и отпору военных от неприятеля транспортов на Крымские берега, нежели к каким особенным наступательным с Нашей стороны предприятиям во время остатка настоящей кампании. Вы имеете для сего, без малейшего потеряния времени, отправиться своею особою в Еникуль или Керчь и, избрав из сих двух мест, установить в одном удобнейшем ваш этаблисемент, дабы вы, находясь тут, могли действовать удобнее в силу сего Нашего вам предписания. Равным образом, для пользы и способствования сему делу, Мы высочайше повелеваем о распоряжении вашем снестися и согласиться с командующим в Крыму Нашими войсками генералом порутчиком князем Щербатовым и с предводительствующим второю армиею Нашим генерал-аншефом князем Долгоруковым. Мы надеемся, что, в сём критическом положении дел Наших, не будет недостатка ни в вашей ревности к службе толь довольно уже испытанной, ни в благоразумном от вас принятии мер нужных для действительного исполнения содержания сего Нашего рескрипта. В протчем пребываем к вам Императорскою Нашею милостию благосклонны.

Дан в С.-Петербурге, в 4 день сентября 1772 года.

33

Божиею милостию Мы Екатерина Вторая, Императрица и Самодержица Всероссийская и прочая, и прочая, и прочая.

Нашему вице-адмиралу Сенявину.

Как для получения нужных локальных сведений о крепостях Крымского полуострова Керчи и Еникуля, которые вам теперь во всех их частях совершенно известны быть могут, так и для соображения, по истинному тамошнему положению и обстоятельствам, будущих Наших в той стороне мер и распоряжений, желаем Мы, чтоб вы немедленно сюда ко Двору Нашему приехали, сделав наперёд в вашем месте достаточные определения, дабы во время отлучки вашей в делах вам вверенных никакого упущения или недоразумения последовать не могло. В протчем пребываем Мы вам Императорскою Нашею милостию благосклонны.

Дан в С. -Петербурге, в 29 день декабря 1772.

***

Всепресветлейшей, Державнейшей. Великой Государыне, Императрице и Самодержице Всероссийской, Государыне Всемилостивейшей.

От вице-адмирала и кавалера Сенявина всеподданнейший доклад.

На подлинном последовала собственноручная Её Величества резолюция:

Выдать десять тысяч рублей.

В С.-Петербурге в 18-й день февраля 1773 года.

Во Всевысочайшем Вашего Императорского Величества рескрипте 7 марта 1771 года предписано, на могущие у меня быть чрезвычайные расходы определяется сумма пятнадцать тысяч рублёв, и употребление сих денег в поспешествование дел и службы Вашего Императорского Величества надёжно вверили верности и разборчивости моей, отнюдь не сумневаясь, что с одной стороны денег напрасно тратить не стану, а с другой и ничего полезного за невместною экономиею не упущу.

И во исполнение того Всевысочайшего Вашего Императорского Величества повеления, я, приняв означенную сумму денег пятнадцать тысяч рублёв, и по вверенной мне экспедиции употреблял как на прогоны курьерам, на покупку нужного для обращающих вверенной мне флотилии служителей и подкреплению их при переменных и необыкновенных им воздухах здоровья, и ради больных пищи, и посланным от меня в возможные места описателям берегов Азовского и Чёрного моря и на Крымском полуострове лесов, также на подарки из Крымских обывателей тем, кои приговорены и посыланы от меня были для разведывания с противной стороны обстоятельств, каковыми чрез год и одиннадцать месяцев употреблениями вся вышеозначенная сумма пятнадцать тысяч рублёв издержана в расход.

А как предвидится, что и в предбудущую кампанию на таковой же расход потребны деньги, коих каковую сумму Ваше Императорское Величество предопределить соизволите, всеподданнейше испрашиваю Высочайшего Вашего Императорского Величества Указа.

Вашего Императорского Величества всеподданнейшей раб Алексей Сенявин.

Февраля «...» дня 1773.

***

Экстракт из протокола Совета 18 февраля 1773.

Впущен был вице-адмирал Сенявин и на вопросы Совета донёс, что ко времени окончания перемирия надеется он отправить в Чёрное море к Кафе и Балаклаве один фрегат и четыре или пять новоизобретённых судов; и что в апреле месяце, получа из Таганрога потребной провиант, и остальные готовы будут и могут в мае соединиться с прежде отправленными. И потому Совет положил, чтоб он то исполнил и охраня потребным числом судов пролив из Азовского моря в Чёрное, защищал прочими Крымские берега до июня месяца, а потом делал возможные над неприятелем поиски, не упуская однако ж никогда из виду сего предписываемаго ему обеспечивания Азовского моря и Крымских берегов.

34

Нашему вице-адмиралу Сенявину.

В следствие докладов ваших повелели Мы отпустить в ведомство ваше на чрезвычайные расходы здесь из Монетной Экспедиции десять тысяч рублей серебреною монетою, а на построение для Донской флотилии четырёх галиотов десять же тысяч рублей из статс-конторских или камер-коллежских доходов в Новопавловске или где поблизости оного деньги состоят, и о том дали в те места особые указы. По чему и имеете вы о приёме и употреблении оных денег сделать надлежащее с своей стороны распоряжение.

В 20 день февраля 1773.

35

Божиею милостию Мы Екатерина Вторая, Императрица и Самодержица Всероссийская и прочая, и прочая,и прочая.

Нашему вице-адмиралу Сенявину.

Предписав Мы ныне Нашему генералу аншефу князю Долгорукову, каким образом имеет он поступать на случай продолжающейся с Портою Оттоманскою войны, в рассуждении приведения в безопасность Крымского полуострова, зависимыми от него способами, то же самое препоручаем и вам, в рассуждении чаемых от неприятеля десантов, которые вы и будете стараться состоящею в вашем ведомстве и предводительстве флотилиею охранять, употребляя для стражи пролива из Азовского в Чёрное море потребное число судов, а прочими защищая и Крымские берега до июня месяца, то есть до времени, пока генерал аншеф князь Долгоруков в состоянии найдётся во внутренности сего полуострова все принадлежащие к тамошней безопасности принять меры, а затем можете вы уже и над неприятелем производить поиски, не упуская однако же никогда из виду и обеспечивания Азовского моря и Крымских берегов, в чём во всём Мы совершенную полагая надежду на ваше к службе Нашей усердие и испытанное искусство, пребываем в протчем к вам Нашею Императорскою милостию благосклонны.

Дан в С.-Петербурге, в 6 день марта 1773.

***

Копия с рескрипта к генералу аншефу князю Долгорукову от 6 марта 1773-го года.

При настоящем Наших с Портою Оттоманскою дел положении хотя и больше совершение мира, толь давно ожиданного, нежели продолжение войны прознаменующем, как однако ж осторожность требует, чтоб на случай бесплодно иногда оканчивающейся мирной негоциации быть в готовности и в состоянии к военным против неприятеля действиям; то Мы, уважая открывающуюся вскоре к тому и по времени года удобность, за нужное находим препоручить вашему попечению и заботе охранение Крымского полуострова от противных покушений и обеспечивание и всех Наших границ безопасностию, которые могли б быть подвержены какому-либо беспокойству и нашествию.

В следствие сего имеете вы находящиеся ныне в Крыме войска приготовить к обороне, а и протчие в вашем предводительстве находящиеся в таком заблаговременно содержать расположении, чтоб оные к подкреплению служить могли по обстоятельствам, употребляя по вашему благоизобретению и полки из первой Нашей армии к вам пришедшие, а о содействии вам и флотилиею ныне же равным образом дано Наше повеление вице-адмиралу Сенявину.

Между тем, стараясь вы не допустить неприятеля войти и утвердиться в Крыме, не меньше с другой стороны стараться будете, чтоб приемлемые вами в том меры были сообразны с Нашими о тамошних жителях и всех Нагайских Татарах, отторженных и отрёкшихся от подданства Турецкого, видами, то есть, чтоб неприятель не имел успеха, способом и употреблением с стороны вашей предосторожностей, а однако ж и Крымские жители данные Нашим именем обещания и непосредственно и от Нас Самих подтвержденные, видели рачительно исполняемыми. Но ежели напротив того сущая нужда востребовала б перемены сих правил, в таком случае будете уже поступать по лутчему вашему на месте усмотрению, сохраняя славу Нашего оружия и следовательно с Крымцами приятельски обращаясь, между тем по всей пристойной терпеливости дотоле, пока будет возможно и службе и пользе Нашей не предосудительно; а буде удостоверитесь о явном Татар с неприятелем сложении и недоброжелательстве к Нам, и все бы увещания и лёгкие способы, чтоб их от того отвратить, были бы уже тщетны, или бы и время короткое и ожесточение их не дозволило вселить между ими разномыслия для удержания одних другими от противного поведения, тогда не оставите устрашить и самих Татар и отвлечь от пособствования Туркам обращением и против их воинских поисков, представляя и воображая и их уже, при общем и совершенном в пользу Порты Оттоманской развращении, не инако как сущими неприятелями ж, недостойными Нашего призрения, а заслуживающими тягость гнева Нашего за своё вероломство.

Что касается до Ногайских орд, на Кубани теперь находящихся, они Крымскому полуострову соображаясь при обстоятельствах толико благополучных, а между тем производя плутовство и переписываясь с Портою, по жадности к корыстолюбию, лёгкими быть видятся к содержанию и в благочинии, пока Крым в Наших руках останется: ибо по всем их перепискам с Портою, будучи они теперь в углу заключённом Нашими пределами, кажется ничего явно противного сделать не посмеют, и сие примечание служить вам будет к тому, чтоб забота ваша и до них распростёрлась, поколику в общий ваш план то относиться имеет по оказывающемуся впредь обращению оных

Сказав Мы вам таким образом Наши мысли на случай продолжения с Портою войны, повторяем вам и ещё оные сокращённо, что оборона Крымского полуострова от Турецких десантов имеет быть главнейшим вашим упражнением, и при том и удержание Татар в спокойном состоянии, лёгкими способами и соглашением с их начальством, строгими же по самой только необходимости, и что употреблением и сих последних, не поражение и истребление их искаться долженствует, как паче возбуждение к истинному раскаянию, и в чём во всём полагаясь Мы на вашу разборчивость, пребываем в протчем к вам Нашею Императорскою милостию благосклонны.

36

Божиею милостию Мы Екатерина Вторая, Императрица и Самодержица Всероссийская и прочая, и прочая, и прочая.

Нашему вице-адмиралу Сенявину

Уведомясь из последних рапортов ваших о приобретенной вновь капитаном Кинсбергом над неприятелем у Суджук-Кале поверхности и о походе вашем туда ж для нанесения большего ему вреда, восхотели Мы изъявить вам сим Монаршее Наше удовольствие и повелеваем вам воздать Именем Нашим похвалу как речённому капитану, так и всем с ним в том деле участвовавшим. Просимые вами одним из тех рапортов на починку судов пятьдесят тысяч рублёв, Мы указали отпустить вам немедленно, а при том и ещё пятьдесят же тысяч рублёв для построения вновь двух или трёх военных судов. Мы оставляем вам на волю определить им род и величину, смотря по лучтей удобности плавания в Азовском и Чёрном морях; а повелеваем только, чтоб сии суда к будущей весне непременно построены и все поныне построенные починены и в готовости содержаны были. Полагаясь в точном сего исполнении на известное Нам ваше усердие, пребываем вам Императорскою Нашею милостию благосклонны.

Дан в С.-Петербурге, в 9 день октября 1773. 37

Нашему вице-адмиралу Сенявину.

Как теперь приближается время к отверстию кампании, то и нужно здесь знать, сколько и каких судов имеете вы на лицо, где оные находятся, в какую пору можете вы с ними явиться в море, и всеми ли вдруг или же частями одною после другой, дабы примечание за неприятельскими движениями как можно ранее начать и препятствовать по возможности всяким покушениям Турков на Крымской полуостров.

А между тем усмотря из репорта вашего от 6-го февраля, что повеленные три новые фрегата действительно уже старанием вашим заложены на Новохопёрской верфи, несумненно ожидаем Мы, что вы в достройке оных употребите по крайней возможности тщательнейшее ваше попечение и надзирание, дабы в сём случае воля Наша как можно скорее исполнена быть могла.

Что принадлежит до наряда работников и подвод к возке потребного для сих фрегатов леса, в том предпочтительно желаем Мы, чтоб вы обще с Воронежским губернатором генерал порутчиком Шетневым постарались исправить всякую остановку и недостаток вольными наёмными людьми и лошадьми; но если б оных никак ко времени получить не можно было, в таком случае позволяем Мы вам истребовать надлежащее число людей и лошадей от помянутого губернатора, который с своей стороны имеет, в следствие сего Нашего, как бы на собственное его имя данного, указа, учинить наряд в непродолжительном времени из ближних по способности жилищ Воронежской губернии. В протчем пребываем к вам Нашею Императорскою милостию благосклонны.

Дан в С.-Петербурге, в 28 день февраля 1774.

38

Божиею милостию Мы Екатерина Вторая, Императрица и Самодержица Всероссийская и прочая, и прочая, и прочая.

Нашему вице-адмиралу Сенявину.

Мы весьма довольны, что вы, получа известие о заключении мира с Турками, оставили до указа Нашего в Керче все суда вверенной вам флотилии. Вам без сумнения известно, что учинившие в Крым десант Турецкие войска там ещё остались, а генерал Наш князь Долгоруков, хотя и выдвинул часть войск своих из внутри Крыма, но получа по оному наставления Наши, остался сам и войска остановил в Перекопи. Мы не думаем, чтоб Турки похотели жертвовать восстановленную тишину одержанным малым своим выгодам; но и не можем со всем тем взирать спокойно на их там пребывание, могущее разрушить сооружённую Нами Татарскую независимость. В сих обстоятельствах предписали Мы Нашему генералу фельдмаршалу графу Румянцову привесть сии дела в надлежащей порядок и размерять возвращение завоёванных земель с выходом из Крыма Турков; а для удобнейшего сего исполнения и поручили мы в его ж главное управление, уволя князя Долгорукова по его просьбе в дом, и остающиеся ещё в той стороне войска второй Нашей армии. По такому дел положению равномерно нужно оставить и все суда флотилии Нашей, а по крайней мире большую часть при Керче, и содержать их в военной исправности, доколе оные до желаемого конца доведены будут, и сколько то сделать позволит приближающееся зимнее время. Вам надлежит по тому установить частую с речённым Нашим генерал-фельдмаршалом переписку и исполнять все даваемые от него вам на сей случай наставления.

По окончании сих дел вы можете, оставя при Керче одни фрегаты, отправить прочие суда в Таганрог. Между тем имеете вы Нам донесть, могут ли сии фрегаты в Керченской залив введены быть и зимовать в оном разоруженные: а дабы узнать также, не лучше ли содержать их, или некоторое их число, при Кинбурне, надобно вам отправить в ту крепость, сколь скоро оная Нам по трактату отдана будет, искусного морского офицера, для снятия карты её принадлежностям и описания всех натуральных тамо выгод и неудобств к плаванию и содержанию разной величины судов, также и можно ли обратить их в пользу и спокойство одержанной Нами настоящим миром чрез Чёрное море торговли.

В прочем Мы согласны, чтоб построенные в Новохопёрской верфи и за мелководием в Хопре остававшиеся два фрегата назад возвращены и там сохраняемы были; похваляем, что вы остановили строение третьего и велели также хранить и заготовленные уже там леса; и дозволяем вам при том распустить всех собранных для сего с провинций работников в их домы.

Наконец имеем Мы изъявить вам Монаршее Наше благоволение за ревность вашу в исправлении порученных вам от Нас дел и обнадёжить вас, что Мы не оставим сохранить то в памяти Нашей и пребудем всегда Нашею Императорскою милостию к вам благосклонны.

Дан в С.-Петербурге, в 27 день сентября 1774.

39

Алексей Наумович.

Из отпущенных вам в прошлом 1773 году на чрезвычайные расходы десяти тысяч рублей возьмите себе три тысячи рублей, кои Мы вам жалуем.

Из С.-Петербурга, в 14 день ноября 1774.

40

Божиею милостию Мы Екатерина Вторая, Императрица и Самодержица Всероссийская и прочая, и прочая, и прочая.

Нашему вице-адмиралу Сенявину

По доставлении Империи Нашей вожделенного мира, желаем Мы положить основание и полезному ей плаванию на Азовском и Чёрном морях; и потому для потребных о сём объяснений Всемилостивейше повелеваем вам приехать нынешним зимним путём в Москву обще с контр-адмиралом Нашим Чичаговым; флотилию же имеете поручить в ведомство старшего капитана, снабдя его наставлениями как о содержании оной во всей исправности, так и о поправлении обветшалых и повреждённых судов. В протчем пребываем вам Нашею Императорскою милостию благосклонны.

Дан в С.-Петербурге, в 5 день января 1775.

41

Божиею милостию Мы Екатерина Вторая, Императрица и Самодержица Всероссийская и прочая, и прочая,и прочая.

Нашему вице-адмиралу Сенявину.

По рассмотрении представленных вами о состоянии Азовской Нашей флотилии ведомостей, за потребно признали Мы учинить ныне в оной следующие сходные с восстановленным спокойствием и нужною всегда осторожностию распоряжения.

1-е. К заведению и производству по Чёрному морю торговли определяем два первые фрегата и все четыре галиота; и по тому соизволяем, чтоб вы их к сему приготовили непременно для нынешней кампании. Сняв с фрегатов пушки и заделав порты, должно оставить для могущей случиться нужды только сканешные пушки, на фрегатах по шести, а на галиотах по две; флаги ж на всех оных иметь купеческие.

2-е. Построенные по Нольсову чертежу фрегаты повелеваем поправить и сделать к плаванию способными; два из последних фрегатов, кои уже готовы, содержать во всей исправности, а третий достроить, остающиеся же в Балаклаве суда, ежели можно, починить и привесть к Таганрогу; и всё сие исполнить конечно к будущему году.

3-е. На случай надобности и дабы удержать Татар страхом в покое и от своевольств, соизволяем вооружить к сей кампании три или четыре судна для временного по Азовскому морю плавания, и два для бытья брандвахтами в проливе из Чёрного моря и у Таганрога.

4-е. К всегдашнему между Таганрога и Керчи и между Керчи и Константинополем перевозу писем назначиваем четыре судна, которые, как почтовые, должны иметь флаги пакетботные.

5-е. Оставляя вам выбор назначенных к вооружению и вместо пакетботов судов из новоизобретённых или иных по вашему искусству и лучшей их к одному и другому способности, поручаем и прочие суда в ваше же единственное распоряжение. По сему и можете вы употребить некоторые из них к перевозу припасов и других потребностей из места в место по Азовскому морю, и один прам на киленбанк, а остальные за тем, содержа в непрестанной готовности, хранить на будущее время. О том же, что когда вы учините, имеете для известия доносить Нам и Нашей Адмиралтейской Коллегии,

6-е. Вследствие всего того надлежит вам определить ныне на те суда, кои вооружены быть имеют, и кои будут торговые, почтовые и перевозные, потребное число офицеров и нижних чинов и немедленно заготовить для них морской провизии на семь месяцев; а излишних за распределением офицеров и других оставить при флотилии же до указа и доколе учредим стат оной. На повеленную ж достройку и поправление судов, также и на чрезвычайные ваши расходы, указали Мы отпустить вам теперь тридцать тысяч рублёв. Наконец

7-е. По прежнему представлению вашему дозволяем к строению Таганрогской гавани употреблять ежедневно по четыре ста человек из находящихся в Таганроге каторжных. О сём соизволении Нашем имеете вы сами для исполнения по оному объявить тамошнему коменданту. В прочем пребываем Мы вам Нашею Императорскою милостию благосклонны.

Дан в Москве, во 2 день апреля 1775.

42

Божиею милостию Мы Екатерина Вторая, Императрица и Самодержица Всероссийская и прочая, и прочая, и прочая.

Нашему вице-адмиралу Сенявину.

Вице-президент Наш граф Чернышёв представлял Нам поданной ему вами рапорт, которым вы, донеся, что сведено в крепость Св. Димитрия для перевоза водою до пяти тысяч Турецких пленных, испрашивали указа о употреблении к тому всех судов Азовской флотилии, не исключая назначенных к торговле и вооружению, также и о возложении прокормления оных на коменданта помянутой крепости, и в решение на сие объявляем вам Наше соизволение.

Сколько мы ни желаем, чтоб все сии пленные водою и в разные Турецкие порты перевезены были, дабы тем лутче спознать можно Чёрное море во всех его частях; но по великому их числу нельзя однако ж сего исполнить, и для того поручаем вам постараться развесть их сколько можно более в ближние уже Турецкие ж порты и ни мало не касаясь Татарских жилищ. К перевозу оных можете вы употребить все суда, кроме назначенных Нами к торговле, определя сколько возможно для доставления в Крымские и другие Наши крепости пропитания и прочих надобностей и содержания брандвахт. На всех тех судах, кои повезут пленных, надлежит согласно с заключённым с Портою трактатом оставить только сканешные пушки и иметь торговые флаги. Остальные же за всем перевозом пленные могут препровождены быть сухим путём в Очаков; и о сём, равно же и о прокормлении всех их, дано будет повеление оберкоменданту крепости Св. Димитрия от Нашей Военной Коллегии.

По отъезде вашем сюда, оставленные вами во флотилии начальники отреклись без вашего приказа исполнять требование генерал-порутчика князя Прозоровского в даче судов для перевоза пропитания и других потреб, нужных войскам и крепостям Нашим. Генерал-фельдмаршал Наш граф Румянцов, известясь о сём, представлял Нам; и Мы, уважа оное и упреждая могущие случиться от такого разноначальства худые следствия, заблагорассудили, чтоб пока о том сделано будет навсегда положение, все находящиеся военные при Крымских Наших крепостях суда были под повелениями начальствующего там сухопутными Нашими войсками и исполняли его приказания. Сверх того вам повелеваем вспомогать оному всеми способами по его требованиям, не токмо в доставлении провианта, сколько то можно, но ежели б надобно было и мастеровых, не делая однако ж тем у себя остановки и недостатка; и дабы сие не послужило к одной отговорке и подчинёнными вашими исполняемо было, Мы возлагаем в том на вас полную надежду. В случае же временной вашей от флотилии отлучки, имеете вы предписывать оставляемым вами командирам над флотилиею, чтоб они непременно по сему исполняли и не требовали, дабы не упустить надобного и способного времени, ваших дозволений, а доносили только о том вам и куда надлежит для единого известия. Дав знать речённому Нашему генерал-фельдмаршалу о сём Нашем соизволении, снабдили Мы его при том и нужным сведением о учинённых по флотилии распоряжениях, дабы он и начальствующие над войсками в Крыму, зная то, не употребляли распределённых уже Нами судов ни к чему другому. В прочем пребываем вам Нашею Императорскою милостию благосклонны.

Дан в селе Братовщине, в 21 день мая 1775.

43

Алексей Наумович.

При сём посылаю к вам четыре карты Двинской работы: две 1765, одна сделанная Вейсманом, другая ген. пор. Элмптом, третия 1766 года, да четвертая 1768 года, да ещё приложила Я письмо ген. губернатора Броуна, третьего дня полученное. Сличая карты, увидите, как вода в песчаном грунте действует, когда искусство не помогает. Бог милостив, будет и на вашей улице праздник [В публикации «Русского архива» дата не указана. – ред.].

44

Алексей Наумович.

Знаки ордена Святого Апостола Андрея, от Нас вам жалуемые, на себя возложите. Пребываем в прочем вам благосклонны.

Из С.-Петербурга, в 30 день ноября 1794.

45

Божиею милостию Мы Екатерина Вторая, Императрица и Самодержица Всероссийская и прочая, и прочая, и прочая.

Нашему адмиралу Сенявину.

Усердная ваша служба, радение в должности и ревностные труды по управлению дел Морского Нашего Департамента, особливо же по разным вооружениям флотов Наших, обращают на себя Наше внимание и милость. Мы, желая изъявить оные пред светом, Всемилостивейше пожаловали вас кавалером ордена Нашего Святого Равноапостольного Князя Владимира Большого Креста первой степени, которого знаки Мы Сами на вас возложа, повелеваем вам носить установленным порядком. В прочем удостоверены Мы, совершенно, что отличие сие послужит вам поощрением к дальнейшемуусердной службы продолжению и к усугублению ревностных трудов ваших на пользу Отечества.

В С.-Петербурге, в 22 день сентября 1795.

46

Алексей Наумович.

По случаю кончины министра Нашего Гросса в Гамбурге, за нужное находим, чтоб вы к командующему кораблём пакет Евстафия, послали дубликат приказания, на основании указа от Нас вам данного, о следовании его по сделании починок в порт Ревельский и Кронштатский. Сей дубликат должен быть отправлен с курьером, посылаемым от нас к вице-адмиралу Ханыкову о возвращении его на зиму в наши гавани, как то усмотрите из рескрипта к нему, для сведения нашего при сём в копии сообщаемого. Пребываем вам благосклонны.

Из Царского Села, в 12 день июля 1796.




 
ВК
 
Facebook
 
 
Донской краевед
© 2010 - 2019 ГБУК РО "Донская государственная публичная библиотека"
Все материалы данного сайта являются объектами авторского права (в том числе дизайн).
Запрещается копирование, распространение (в том числе путём копирования на другие
сайты и ресурсы в Интернете) или любое иное использование информации и объектов
без предварительного согласия правообладателя.
Тел.: (863) 264-93-69 Email: dspl-online@dspl.ru

Сайт создан при финансовой поддержке Фонда имени Д. С. Лихачёва www.lfond.spb.ru Создание сайта: Линукс-центр "Прометей"