Донской временник  
ДОНСКОЙ ВРЕМЕННИК (альманах)
 
АРХИВ КРАЕВЕДА
 
ПАМЯТНЫЕ ДАТЫ
 

 

Наука. Образование / Деятели науки, учёные Ростовской области

Галина Николаевна Боранова

ПРОСВЕТИТЕЛЬ ИЗ АЗОВА

Михаил Аронович Макаровский (1893-1918), организатор и руководитель общества "Народное просвещение" в Азове

Михаил Аронович Макаровский родился 6 мая 1893 г. в с. Александровка (ныне — Азовский район) Ростовского округа Донской области. Сын мещанина.

Отец — Арон Иосифович — занимался торговлей зерном: у него в компании с двумя братьями была хлебная ссыпка в с. Александровке, позднее — в г. Азове.

Мать — Берта Израилевна — была женщиной доброй и деятельной, но ее активность уходила в заботу о детях и домашнем хозяйстве. Семья была большая — четыре сына и четыре дочери. Жили довольно скромно, старались экономить. Мать сама пекла хлеб раз в десять дней. Надежд и расчетов на наследство в семье не было. Родители старались дать детям образование, чтобы они могли, став взрослыми, сами зарабатывать себе на жизнь. Личные деньги подраставшие дети зарабатывали своим трудом — репетиторством. Особенно это относится к Михаилу — с 7-го класса гимназии он постоянно имел учеников.

В Азове семья жила с 1906 г. Осенью 1907 г. Михаил был принят в пятый класс Азовской мужской гимназии.

С детства у Миши проявилась любовь к книге. Постепенно интерес к книге делался серьезным, осмысленным и целенаправленным.

Когда Михаил заканчивал гимназию, у него завязалась переписка с Николаем Александровичем Рубакиным — известным русским библиографом, «просветителем-демократом, неутомимым пропагандистом книги» [3.— С. 55]. В февральском за 1911 год номере «Журнала для всех» М. Макаровский прочитал его «Первое письмо к читателям о самообразовании». Оно, как писал Макаровский в своем дневнике, «перевернуло все в моей душе и внесло в нее много света, радости и надежды. Здесь так просто и ясно доказывалось то самое, что давным давно глубоко пряталось в моей душе... Прочитав его призыв писать ему о всем, что волнует душу читателей, что так или иначе относится к работе над своим образованием, я тот час же взялся за перо и вылил ему всю свою душу» [4].

Семнадцатилетний юноша задумывается над вечными вопросами: в чем цель жизни, в каких взаимоотношениях состоят человек и общество, в чем сущность и смысл жизни?

1911 год. Гимназия окончена с золотой медалью. Надо учиться дальше. Таково же мнение родителей. Михаил послал заявление в Петербургский императорский университет на физико-математический факультет. И получил отказ. Мотивы отказа не сообщались, но они и так были ясны — национальность. Не приняли, потому что еврей. После неудачи в Петербурге Михаил подал заявление в Варшавский университет, но и оттуда получил отрицательный ответ. Упадок духа, вызванный этими неудачами, был недолгим. Мысль о высшем образовании не была оставлена. Вопрос о нем был лишь на год отложен. В автобиографии Михаил пишет, что в это время он «решил изучить историю человечества основательно и подробно. Уселся за «Антропологию» Тэйлора и день за днем штудировал ее, повторяя прочитанное по составленному конспекту. Занятия меня увлекли и я с большим удовольствием сидел за этой хорошей книгой [4].

Стремление к книге особенно сильно укрепляли и развивали письма Н. Рубакина: «За год я получил от него 4 письма. Дни получения их были для меня настоящими праздниками...» [4].

В этот год, проведенный дома, Михаил занимается репетиторством. Преподавал латынь и французский язык, было много учеников. Репетиторской работой он хочет накопить немного денег для будущей самостоятельной жизни. Тогда же, в. 1912 г., он начинает работать на общественных началах в Азовской библиотеке.

Его приход внес свежую струю в жизнь Азовской библиотеки. Она была по сути реорганизована: проведена инвентаризация книг, создана картотека книг по отделам (тематический каталог), увеличилось приобретение книг, улучшилась работа читальни (пополнилась серьезными журналами), расширен и улучшен по содержанию отдел детской литературы; напечатан в типографии каталог библиотеки, была введена система карточек-абонементов читателей. Макаровскому в библиотеке помогало несколько привлеченных молодых азовчан, в том числе и Елена Сергеевна Куткова, ставшая в последствии заведующей библиотекой. Было проведено анкетирование азовчан по вопросу: «Что читают в Азове?»

И, как результат всех усилий по наведению порядка в работе библиотеки, Михаилом был составлен и отпечатан в типографии отчет Азовской общественной библиотеки за 1913 год. Вся эта работа проводилась на общественных началах, ей посвящались летние каникулы и другие приезды в Азов.

В апреле 1912 г. Михаил был принят в Харьковский университет. В Харькове он поселился в комнате с Павлом Убийвовком (тоже азовцем, как тогда говорили), принятым в тот же университет. Александр, младший брат Макаровского, вспоминал, как выглядела комната Михаила: «на стене Михаил повесил портреты А. И. Герцена, Н. А. Морозова, С. М. Степняка-Кравчинского (последние два — известные народовольцы) и периодическую таблицу Менделеева.

Учился Михаил хорошо. В Харьковском университете пробыл три года и в 1915 году с третьей попытки перевелся в Петербургский университет на физико-математический факультет.

О начале своей жизни в Петрограде и планах на будущее он сам подробно пишет в письме к отцу от 28 октября 1915 г.: «Я решил растянуть ученье на два года... Пока что я хожу в университет и слушаю лекции разных знаменитостей по разным факультетам. Снова поступаю к Берлицу (так назывались популярные в те времена курсы иностранных языков по методу А. М. Берлица.– Г. Б.) на английский язык. Отсюда я теперь ни в коем случае в Харьков не переведусь, т.к. после Питера мне Харьков физически противен. Обедаю я в хорошей вегетарианской столовке (40 коп. обед), где кормят великолепно...

Читаете вы и должно быть думаете: откуда это у меня столько денег, что хватает и на хорошие обеды, и на Берлица, и на правоучение и т.п.? У меня ведь уроков на сто рублей. Времени они отнимают не очень много: два-три часа в день. Занимаюсь я не с отдельными курсистками, а с группами по три человека в каждой. Каждая группа приходит ко мне три раза в неделю. Вот и считай: шесть групп по три человека — всего восемнадцать человек, по шесть рублей в месяц — сто восемь рублей... Дело однако в том, что зимнее пальто я спустил в Харькове татарину за семь с половиной рублей. Эти деньги ушли на переезд в Питер... К чему я это веду? К тому, что собираюсь на собственные деньги купить рублей за пятьдесят хорошее зимнее пальто с меховым воротником. Но этим дело не ограничивается. Я собираюсь приобрести себе еще часы, шапку, ботинки (так как в туфлях зимой холодно), гамаши или гетры, галоши, ибо оных не имею, комнатные туфли, куртку (студенческая тужурка после четырехлетней службы никуда не годна), сапожную щетку и (О! Далекие мечты!..) лыжи плюс валенки к ним, но это в туманном сумраке грядущего» [3.— С. 69-70].

Кроме занятий в университете и репетиторства, Михаил Аронович в Петрограде занимается общественной деятельностью: участвует в работе Вольно-экономического общества, становится членом «Общества любителей мироведения», образованного Н. А. Морозовым (революционером-народовольцем, ученым). Михаил лично знакомится с Николаем Александровичем, бывает у него дома. В Эрмитаже посещает лекции по истории западноевропейского искусства и одновременно проводит экскурсии по музеям для раненых одного из госпиталей.

В это же время Михаил вступает в «Общество библиотековедения». Интерес его к библиотечному делу не был случаен. Он окончательно определил свой путь. Делом своей жизни он избрал просвещение народа. «Не для себя и про себя, а для блага всех» — это принцип его мировоззрения и правило жизни.

Вольно-экономическое общество — общественная организация буржуазно-либерального направления. Работа М. А. Макаровского в обществе заключалась в том, что он вместе со специалистами-библиотекарями из пожертвованных частными лицами книг формировал библиотеки для лазаретов и действующей армии [3.— С. 71].

Наиболее вероятной сферой деятельности после окончания университета М. Макаровский считал внешкольное образование. Библиотеки, различные курсы и школы для взрослых, разнообразные образовательные мероприятия — все это внешкольное образование. Михаил познакомился с известным в то время библиотечным деятелем — Л. Б. Хавкиной. Он собрал множество специальной литературы, всевозможные отчеты о деятельности земств: работа по созданию школ, больниц, библиотек и пр. [5.— С. 4.].

В апреле 1916 года Михаил из Петрограда едет в Москву, чтобы в университете имени Шанявского [1] позаниматься на библиотечных курсах.

Обучаясь в университете, живя в Харькове и Питере, Михаил не забывал об Азовской библиотеке, где он начал работать на общественных началах после окончания гимназии. Во время приездов домой он продолжал помогать библиотеке.

В конце 1916 года М. А. Макаровский завершил свои учебные занятия в Петроградском университете и вернулся в Азов. Но отношения с университетом не были завершены. Для получения диплома надо было сдать государственные экзамены. В конце марта или начале апреля Макаровский уехал в Петроград и пробыл там месяц. 25 апреля он получил свидетельство, выданное деканом физико-математического факультета Петроградского университета в том, что он прослушал установленные планом для группы математики курсы, выполнил требуемые работы и сдал соответствующие испытания.

Что же помешало сдать ему государственные экзамены и получить диплом? Вероятнее всего, причиной была начавшаяся революция. Весть о свержении царя была воспринята им с радостью... Он даже написал по этому поводу шуточное стихотворение в форме народного сказа. Революция воодушевила его, дала заряд энергии для работы, большой общественно-политической и просветительской деятельности, которую он проводил.

Годы учения в жизни Михаила Макаровского были годами подготовки к работе. Теперь начиналось время работы.

Оказавшись в это время в Азове, Михаил со всей своей молодой и кипучей энергией, со свойственной ему жаждой общественной деятельности окунулся в работу, стремясь отдать все, что он знал и умел. Первым делом, за которое он взялся, было создание просветительской организации.

12 марта 1917 г. состоялось учредительное собрание общества «Народное просвещение». На нем присутствовало более ста человек. Был принят разработанный М. Макаровским устав общества и избрано правление. Первый параграф устава гласил: «Общество «Народное просвещение» имеет целью умственное, нравственное, физическое, эстетическое и политическое развитие как своих членов, так и других лиц».

Михаил Макаровский был избран председателем этого общества и был им все время работы общества. На счету «Народного просвещения» в 1917 г.оказалось много дел. 7 мая в помещении женской гимназии начала работать воскресная школа для взрослых. В нее записалось 82 человека, в большинстве — девушки от шестнадцати лет и старше.

В условиях революции и продолжающейся войны в Азове возобновляется строительство Народного дома, начатое и остановившееся несколькими годами ранее. К концу 1917 г. Народный дом в основном был достроен и начал работать. Осуществить строительство удалось благодаря энергии членов общества, пожертвованиями и участию азовчан, деятельности М. Макаровского, который даже лично одалживал деньги для продолжения строительства. Сохранилась расписка М. А. Макаровского в том, что он занял 500 рублей у П. М. Бондаренко для постройки Народного дома. Так же на пожертвования и с участием азовчан была построена детская площадка.

В ведение общества городские власти передали городской сад, ставший центром общественно-политической и культурной жизни, городскую общественную библиотеку. Вскоре выдача книг в библиотеке стала бесплатной, а книжный фонд был значительно пополнен. Был открыт книжный магазин.

В августе на заборах и стенах домов Азова появились объявления с призывом записываться в вечернюю школу для взрослых. Всего записалось 186 человек, в основном молодежь. Учащиеся по подготовке были разделены на три отделения. Преподавателями вечерней школы стали учителя азовских школ и гимназии, студенты. Всего было двенадцать преподавателей. Труд их не оплачивался. Михаил преподавал математику, физическую географию и обществоведение. В основу деятельности школы лег доклад Михаила Ароновича, сделанный им на заседании педагогического совета школы. Преподавались предметы: русский язык, арифметика, физическая география, мироведение, естествознание, история, обществоведение, французский язык.

Членам общества «Народное просвещение» было организовано несколько литературно-драматических кружков — устраивали любительские спектакли, приглашали и профессиональных актеров.

Члены общества «Народное просвещение» выступали с лекциями. История первого музея в Азове также связана с этим обществом и именем М. Макаровского. Без преувеличения можно сказать, что общественная и культурная жизнь Азова 1917 г. была весьма насыщенной и богатой событиями. И в этом величайшая заслуга председателя общества «Народное просвещение» М. А. Макаровского.

Менее удачной была деятельность на посту председателя исполнительного комитета Азовского Совета рабочих и солдатских депутатов (избран в мае 1917 г.), гласного азовской Думы и члена Управы. По политическим убеждениям Михаил Макаровский был социал-демократом. Он, как и возглавляемый им Совет, поддерживал политику Временного правительства, считая, что только так можно сохранить завоевания революции, те демократические завоевания, которые получила Россия после февраля 1917 г.

Но общий хозяйственный развал в стране усиливался, экономическое положение в Азове, как и в других городах, ухудшалось.

Начались перебои с продажей муки, появились очереди, а вместе с ними и слухи о том, что муку прячут и вывозят. В сентябре 1917 г. в городе произошли волнения женщин-солдаток — «на почве недостатка продовольствия» (как тогда говорили). Острие критики было направлено на городскую Управу. В городе велась злобная антисемитская агитация.

17 сентября член азовской Управы М. А. Макаровский заявил городской Управе: «ввиду того, что голодные люди рассуждать не умеют, я, не желая создавать излишних осложнений для своих товарищей, слагаю с себя звание члена Городской Управы и гласного Думы» [6].

Городская Дума постановила освободить М. А. Макаровского от обязанностей члена Городской Управы и просить его от звания гласного Городской Думы не отказываться: «Городская Дума рассматривает уход М. А. Макаровского как тяжелый урон для себя, как удар по ее достоинству и выражает ему свою глубокую признательность за все его труды на пользу города, за всю его работу по народному образованию. Городская Дума желает бодрости духа гласному Макаровскому — бодрости духа на пути им избранном: просвещения масс, находясь в рядах масс, — тернистом и трудном, но единственно плодотворном» [6].

С этого времени Макаровский отходит от политической деятельности, посвящая время и силы работе в обществе «Народное просвещение».

В конце 1917 г. Михаил решает уехать из Азова. Он послал запросы и заявления в ряд городов — подыскивает себе работу по внешкольному образованию. В его бумагах сохранились вырезки из газет с объявлениями земских управ, приглашавших специалистов по народному образованию. Хранятся и положительные ответы Ярославской, Пермской, Никольской (уезд Вологодской губернии), Бугурусланской земских управ. Что помешало Макаровскому осуществить свое намерение? Вероятно время. Это конец декабря 1917 г. — январь 1918 г. Разгоралась гражданская война.

Не только неудовлетворенность своей деятельностью в Азове побуждала Михаила уехать куда-нибудь. О работе нужно было думать еще и потому, что вся та разнообразная деятельность, которой он занимался в азовском Совете, обществе «Народное просвещение», в библиотеке, редакции газеты, вечерней школе и т.д. — не оплачивались. Это была бесплатная общественная работа. Положение изменилось только с избранием М. Макаровского членом городской управы (членам управы полагался оклад). Но оклад он получал всего два месяца — до своего добровольного ухода с этого поста. И вновь встал вопрос о работе.

По этому поводу брат Михаила Александр писал: «Зная отца и мать и отношения в семье, я с уверенностью могу сказать, что брат от родителей не слышал и намека на то, что нужно самому зарабатывать на жизнь. Но Михаила, конечно, тревожила и раздражала его, если можно так выразиться, житейская неустроенность» [3.— С. 130].

В «Отчете общества «Народное просвещение» за 1917 год» в разделе о вечерней школе для взрослых перечислены фамилии всех преподавателей и их профессии. М. А. Макаровский, сам составлявший этот отчет, о себе написал: «...без определенных занятий». В этой оценке сквозь призму иронии относительно своего положения проглядывает горечь.

Заслуги Макаровского в области просвещения были бесспорны. И пришедшие к власти в Азове в 1918 г. большевики приглашали Михаила Ароновича занять пост заведующего народным образованием, но он отказался.

С мая 1918 г. Азов становится прифронтовым городом. В Азове на валу были установлены пушки. В ст. Елизаветинской стояли белоказаки, в Ростове и Батайске — немцы. В Азове красные формируют Азовский революционный полк. Члены ревкома не ночуют дома, потому что опасно. Город посещают вооруженные отряды, между которыми часто нет ни согласия, ни взаимодействия.

В это время, когда нужно сидеть дома, когда вся общественная мирная жизнь замерла, Михаил подводит итоги своей деятельности, осмысливает их.

«... Мне уже 25 лет... Быстро промелькнула молодость, ласково и загадочно улыбнувшись. Словно не бывало ни юношеской свежести мысли и чувства, ни веры в себя и свои силы, ни непосредственности переживаний. И не знаю, зачем и за перо взялся. Ведь миросозерцания своего не изложу потому что... его нет. Так-таки нет. Т.е. того цельного, стройного, продуманного и созданного жизнью комплекса убеждений, а есть, несомненно есть определенное отношение к отдельным вопросам человеческой жизни, отдельным сторонам бытия, отдельным задачам современности. Но это ведь не миросозерцание! А потом весь я какой-то не свой, чужой.

...Можно ли обосновывать равноценность людей на том, что каждый человек — творец жизни? Нет ... далеко не каждый... Темная масса в творчестве не участвует; и будет ли когда участвовать?

… И теперешний ужас свидетельствует ли о том, как многие утверждают, что человеку «дана» была слишком большая свобода, что он перепился ею, опьянел и теперь дебоширит? Не раб ли теперь человек своей темноты, невежества, животных инстинктов еще в большей степени, может быть чем раньше? Не нуждается ли он в освобождении, раскрепощении духа?»...

Последние строки записи от 27 июня 1918 г.: «Как страшно чувствовать, что над тобой уже захлопнулась (да...да...навсегда!) крышка гроба!... не жить бы...» [4].

Одна из знакомых Михаила, Елена Пеленкина, позже рассказывала его сестре Анне о встрече с ним незадолго до его гибели: «Он сказал, что чувствует близость смерти» [3.— С. 133].

Люди, знавшие Михаила, впоследствии удивились, почему он все—таки не уехал из Азова? Считал, что ему нечего бояться? Жаль было прерывать работу только начатую? Не хотел оставить людей, которые пошли за ним, которых он любил, которые любили его?.. И он откладывал, откладывал. Тем более, что уже ни с кем ни списаться, ни связаться — шла гражданская война.

Н. Г. Козарезов, занимавшийся в кружке М. Макаровского, вспоминал, что Макаровский «обладал глубокими знаниями в области естественных наук, был прекрасным антирелигиозником. Достаточно было прослушать два-три его доклада на антирелигиозные темы, как от твоих религиозных убеждений не оставалось и следа...». Священнослужители его не жаловали, конечно. Потом близкие предполагали, что был донос священника...

Кто выдал М. Макаровского карателям, за что Михаил Макаровский, отказавшись от сотрудничества с большевиками, был казнен? На эти вопросы и сегодня нет точного ответа.

Известно, что 26 сентября 1918 г. (в июле того года красные покинули город, а белоказаки заняли), в Азов прибыл карательный отряд белоказачьего офицера осетина Икаева. Иосиф Аронович, которому в то время было 17 лет, впоследствии вспоминал: «26 сентября 1918 года. Стояла сухая жаркая погода. Вечером по Атаманскому переулку, где мы жили, прошел вооруженный отряд осетин в пешем строю. Их было человек 50. На них были высокие меховые шапки. Только позже мы узнали, что это был карательный отряд вешателей есаула Икаева. Он творил скорую расправу в городах и деревнях Донской области.

27 сентября. Часов в 10-11 дня трое вооруженных осетин появились в нашем доме по Атаманскому переулку. На ломанном русском языке они спросили, здесь ли живет студент Макаровский. Перед ними появился Миша. Он был очень бледен. Он сказал: «Это я». «Пойдем!» — ответил осетин. Они ушли. Никто из нашей семьи не мог и подумать, что мы видели его в последний раз. Я немедленно побежал сообщить Георгию Евдокимовичу Котелевцу [2] о том, что Миша арестован. Запыхавшись, я прибежал к нему. Он жил у берега Дона в расстоянии примерно получаса ходьбы. Когда я ему сказал об аресте, он побледнел. Сказал, что сейчас пойдет узнать, кем он арестован и где он. Я побежал обратно домой через центральную площадь, мимо городской управы. И здесь я увидел его... висящим на столбе. Я не видел его лица, я знал, что это он. Я не посмел взглянуть ему в лицо, вероятно, ужасное... На телеграфных столбах висели еще люди. Я бросился бежать от этого кошмара. Я пересекал площадь. В тишине, которая царила на площади, раздался гортанный крик. Он был обращен явно ко мне. Я остановился. Ко мне подошел осетин из группы карателей. «Ты кто?» и ударил меня в лицо. К нам подошел, вероятно, офицер. Он спросил: «Он был большевик?». Я покачал головой. Тот, который меня ударил, сказал: «Повесим его рядом!» Офицер ответил: «Иди и не беги». И я поплелся домой. Я умирал от тоски и горя. Я пришел домой и бросился на кровать. Плакать я не мог. Вошла мать: «Что с Мишей?» Я ответил: «Не знаю». Я не мог ей сказать правду. Так продолжалось час или два. Старшая сестра Анна вбежала в комнату с криком: «Они его убили. Мне сказал это Немченко» (наш сосед). Горе, огромное горе на нас свалилось. За что его убили? Это был самый бескорыстный человек во всем этом городе, возможно, и самый одаренный. Он ничего не хотел для себя. И вот итог...» [5.— С. 11-13].

На следующий день после гибели М. Макаровского члены правления общества «Народное просвещение» (Народный дом») обратились к родителям Михаила Ароновича: «Правление общества «Азовский Народный Дом» вместе с Вами оплакивает смерть М. А. Макаровского, культурного работника и общественного деятеля, глубоко чтит его память, надеясь на торжество конечных идеалов внешкольного образования и возрождения Великой истерзанной матери-родины — России, чему Михаил Аронович посвятил всю свою жизнь» [4].

В начале 1920-х гг. почти все члены правления общества «Народное просвещение» (с завершением строительства Народного дома оно было переименовано в «Народный Дом») покинули Азов. Разъехались кто куда. Многие из них оказались в Москве и Ленинграде. Все они, кто знал М. Макаровского, хранили память о нем.

В 1923 г. в Нью-Йорке вышло третье издание книги Н. А. Рубакина «Письма к читателям о самообразовании» — книги, издание которой когда-то попало в руки гимназиста Михаила Макаровского и оказало сильное влияние на становление его личности и в конечном итоге на его судьбу.

Это третье издание автор посвятил памяти «друзей-читателей, погибших преждевременной и трагической смертью в эпоху кровопролитнейшей из всех войн и глубочайшей из всех революций» [7]. Среди трех названных имен посвящения — имя Михаила Ароновича Макаровского.

Николай Александрович Рубакин в то время (1923 г.) был заведующим секцией Библиотечной психологии, основанной Международным библиографическим институтом (Брюссель) и институтом Ж.-Ж. Руссо (Женева) и жил в Лозанне (Швейцария). Николай Александрович прислал в Азовскую библиотеку Е. Кутковой свою книгу с дарственной надписью: «В библиотеку, основанную моим дорогим другом-читателем М. А. Макаровским, душевный привет от автора этой книги. Н. Рубакин».

В своем посвящении М. Макаровскому Н. А. Рубакин писал: «М. А. Макаровский один из тех, кто врезавшись в российскую обыденщину, в ней то и стал воплощать великие идеалы просвещения и гуманности, необходимые при всяком политическом и социальном строе. Погиб один из тех, кто воплощал свои идеалы не посевом ненависти, злобы и вражды, а культурною работою, осмысленною глубочайшим отрицанием самих принципов старого, уже отжившего строя. Макаровский погиб в разгаре своей плодотворной работы. Этим был нанесен жестокий удар и самой работе...» [7].

В Москве в начале 20-х гг. государственное издательство выпустило «Памятник борцам пролетарской революции, погибшим в 1917-1921 гг.». В томе втором этого издания была опубликована статья Г. М. Крамарова о М. А. Макаровском.

В начале 20-х гг., когда очень многие в Азове помнили Михаила Макаровского, повешенного белыми, азовский Совет рабочих и крестьянских депутатов вынес решение об увековечении памяти Михаила Ароновича Макаровского. Его именем в городе были названы одна из улиц на окраине города и городская библиотека. Позже библиотеку переименовали — сейчас это центральная городская библиотека им. Н. К. Крупской, а название улицы сохранилось до сих пор. Правда, эта улица — Макаровского перестала быть окраинной, оказалась в центре города — так разросся наш Азов.

Семья Макаровских, после гибели Михаила покинувшая Азов, свято хранила память о сыне и брате.

В настоящее время в Азовском краеведческом музее выделен мемориальный фонд М. А. Макаровского содержащий личные записи, фото- и письменные документы, личные книги, воспоминания о М. А. Макаровском и др.

Михаил Аронович Макаровский – личность неординарная, человек яркий, талантливый, благородный, проживший очень короткую жизнь, заслуживает памяти и благодарности потомков.

ПРИМЕЧАНИЯ
  1. Университет им. Шанявского — лучший в дореволюционной России народный университет. Он был создан на средства либерального золотопромышленника и генерала в отставке А. Л. Шанявского и помещался в доме, в котором Шанявский жил до своей смерти. (В советское время в этом здании размещалась Высшая партийная школа при ЦК КПСС). Университет работал с 1908 по 1918 г. Принимались лица обоего пола независимо от национальной принадлежности и политических взглядов (Советский энциклопедический словарь. — М., 1982. — С. 1516).
  2. Г. Е. Котелевец — азовчанин, социал-демократ, принимал участие в событиях первой русской революции — проходит по арестам 1906 года; в результате выборов в азовскую городскую Думу 30 июля 1917 г. стал председателем городской Думы. 26 июля 1918 г. подал заявление об отказе от должности председателя городской Думы. — Г. Б.
  3. Макаровский А. И. Биография Михаила Макаровского // Фонды Азовского краеведческого музея (далее АКМ). ОПИ-1. Ф. 36.
  4. АКМ. ОПИ-1. Ф. 36
  5. Макаровский И. А. Воспоминание о М. А. Макаровском // АКМ. ОПИ-1. Ф. 36. С. 4.
  6. Журнал Азовской городской Думы от 14 октября 1917 года.
  7. АКМ. ОПИ-1. 7581.



 
 
 
© 2010 - 2017 ГБУК РО "Донская государственная публичная библиотека"
Все материалы данного сайта являются объектами авторского права (в том числе дизайн).
Запрещается копирование, распространение (в том числе путём копирования на другие
сайты и ресурсы в Интернете) или любое иное использование информации и объектов
без предварительного согласия правообладателя.
Тел.: (863) 264-93-69 Email: dspl-online@dspl.ru

Сайт создан при финансовой поддержке Фонда имени Д. С. Лихачёва www.lfond.spb.ru Создание сайта: Линукс-центр "Прометей"